Увлёкшись, Беллами подхватил Пусиандра при попытке спрыгнуть и прижал к себе, пытаясь успокоить. Частое дыхание тёплого существа неизменно вызывало улыбку, и он вновь опустил напряжённого Пусиандра на длинный стол, снял пиджак и положил его в другой конец, выпрямив рукава. Напряжённый Пусиандр ещё пару секунд сомневался, но после с радостью полез в рукав, пытаясь выбраться наружу откуда-то из-под воротника. Мэттью даже казалось, что он различал тихий писк и мог определить по нему настроение мистера Пусиандра. Звук казался возбуждённым, радостным, когда крыс всё-таки выбрался из-под складок ткани, а после нырнул в другой рукав, совсем позабыв о сломанной китайской палочке.
Вздохнув, Мэттью пообещал себе на следующий же день купить Пусиандру нормальный корм, а пока достал горстку семечек из пакета в ящике и положил у одного из рукавов. Для мистера Пусиандра семечки подсолнуха были настоящим лакомством.
И так мистер Беллами и мистер Пусиандр принялись за свой скромный ужин, глядя друг на друга. Чёрные глаза-бусинки Пусиандра как обычно поблёскивали в тусклом освещении, сумерки были его любимой порой. Мэттью на секунду показалось, что он уловил в этих глазах понимание, и покачал головой.
Когда компания животного становится милее любой человеческой, это ли не повод начать беспокоиться за себя?
Отужинав и вымыв тарелку, Мэттью вернулся на своё место. Когда мистеру Пусиандру надоел пиджак, который он облазил раз пять, он подбежал к своему хозяину и стал на задние лапки, требуя внимания и показывая белую полоску шёрстки на животе.
Улыбка смягчила усталые черты лица Мэттью, и он уперся подбородком в стол, позволяя Пусиандру подбежать и скромно лизнуть себя в губы. Его благодарность всегда была приятна, в каком бы плохом настроении ни находился Беллами. Он чмокнул крысу в холку и подхватил на ладони.
– И всё же надо немного поработать, мистер Пусиандр, – Мэттью подхватил крысу на ладони, чтобы перенести на свой рабочий стол в спальне и, подумав, вернулся на кухню, чтобы прихватить с собой спичечный коробок, который не давал бы Пусиандру скучать интригой своего содержимого, пока Мэттью будет занят заполнением необходимых бумаг.
========== О заблуждениях ==========
Утро.
С наслаждением поглядев на часы, Мэттью понял, что встал точно вовремя, чтобы не пренебрегать после ни одним из пунктов утренней рутины. Довольно потянувшись, он тихо вышел из комнаты, кутаясь в старый джемпер, ступая осторожно, чтобы не разбудить Пусиандра, который спал в своём тёмном уголке.
Неспешно заварив себе кофе и закурив, он завязал рукава на груди, чтобы прикрыть спину, и открыл окно, повинуясь внезапному желанию сделать пару глотков утреннего воздуха. Спустившись, чтобы принять душ и нанести утренний парфюм, он глянул на своё отражение в зеркале и понял, что выглядит куда лучше, чем днём ранее. Ещё пару спокойных ночей, и о преждевременном поседении можно будет не волноваться.
Он усмехнулся. Пора было вернуться к кофе и второй сигарете за утро.
За полчаса до выхода он положил Пусиандру еды, зная, что тот проснётся сам и вовремя, оделся и спокойно собрался.
День продолжал протекать мимо размеренно и плавно, и Мэттью успевал сделать всё, что хотел. Никто из студентов не заходил к нему, все были заняты своими собственными проблемами, и он с удовольствием расслаблялся в тишине. Никто не отвлекал его от кропотливого заполнения документов, и он делал всё размеренно и качественно, оставаясь довольным собой даже более чем полностью. Он включил свой обычный плейлист совсем тихо, приготовившись поработать в пару форточки, но его планы снова оборвал осторожный, будто боязливый перестук в дверь.
– Входите, – вздохнул он, выключая музыку и на время складывая все бумаги в папку.
– Guten Tag! – беспокойная правая бровь мистера Беллами сама собой ринулась вверх. – Wie geht es Ihnen? [*]
Эдвард плотно прикрыл за собой дверь, тут же присаживаясь. Его уже давно не надо было приглашать; он пододвинул свой любимый стул и сел на углу, там же, где садился всегда. Просто он был последним человеком, которого мистер Беллами ожидал увидеть в тот день.
– Ziemlich gut, – осторожно ответил он. – Und Ihnen? [**]
– Не важно, – он взмахнул рукой и несмело улыбнулся. – Я пришёл поговорить.
– Вы сдали планирование?
– Да, – Эдварду приятно было беспокойство, но он действительно пытался сказать что-то важное, поэтому Беллами решил больше не сбивать его. Столь доброжелательный тон был для него почти что в новинку; он даже не успел понять, когда же их отношения с Эдвардом успели так испортиться, что студент огрызался на каждую фразу. – О Доминике, вообще-то.
А ведь день начинался так хорошо.
Мэттью вздохнул.
– Вы посвящены в эти дела?
– Вообще-то… – Эдвард опустил взгляд на свои сцепленные в замок пальцы. – Это я его затащил туда. Я хотел… то есть, я навещал своего отца, а потом подумал, почему бы нам не развлечься?..
Беллами лишь вздохнул, пытаясь посочувствовать Эдварду взглядом, но, видно, не вышло.