– Удачи на работе, мистер Беллами, – услышал он себе вслед, после чего закрыл дверь и поспешил спуститься.
Уже обувшись и накинув пальто, он услышал за спиной возмущённое и почти жалобное восклицание Келли.
– А как же чай?
– Простите, не могу остаться, – он едва нашёл силы, чтобы улыбнуться девушке и привычно сказать: – Дела. Удачи вам, Келли.
– Спасибо, – оторопело сказала она, наблюдая за тем, как мистер Беллами поправил на носу очки и попытался открыть дверь на себя. Осознав свою ошибку, он толкнул дверь и вышел, пытаясь не торопиться слишком сильно. Не удержавшись от взгляда вверх, он увидел светлую макушку в окне второго этажа, а после полоски жалюзи опустились на место.
Ему ужасно хотелось добраться домой и отдохнуть от всего этого. И как можно скорее.
Чуткий слух Мэттью уловил шелест, исходящий откуда-то из глубин гостиной. Скинув ботинки и повесив пальто, он прошёл в комнату, морща нос от не самого приятного запаха, витающего в воздухе. В довершение ко всему, из-под каких-то бумаг раздавался недовольный писк.
– Нет, нет-нет, – он кинул кейс на диван и осторожно раскопал питомца, откинув в стороны погрызенные листы лекции. Хорошо, что сделал копию. – Мистер Пусиандр, пройдите-ка на руки.
Он подождал, пока крыс в приветствии ткнётся ему в пальцы носом, а потом осторожно подхватил гладкого, чёрного питомца в подставленные чашечкой ладони. Чёрная шёрстка успокаивала одним только прикосновением. Мэттью склонил голову, провёл носом между прижатых к голове ушей и улыбнулся, ощущая на руках вес.
– Мой джентльмен потяжелел, – он усмехнулся, когда Пусиандр подёргал его рукав лапами, но тут же понял, что забраться туда не получится, и беспокойно завертел головой. Осторожно расстегнув одной рукой пару пуговиц на рубашке, Мэттью посадил его себе на шею, и тот забрался за шиворот, заставляя бороться с желанием повести плечами – маленькие лапы щекотали, а подрезанные недавно коготки царапали кожу, вызывая мурашки.
Мягко ступая, чтобы не пугать ещё сонную крысу, он стал подниматься по лестнице. Мистер Пусиандр скучал без мистера Беллами, потому привык спать днём чуть меньше. Завести вторую крысу Мэттью не отваживался, самцы могли вести себя достаточно агрессивно в компании других, хоть он и был уверен – мистер Пусиандр не из таких.
Щёлкнув кнопку подсветки на вытяжке, он попытался достать Пусиандра, устроившегося в вороте рубашки, но тот тихо пискнул, надавив на жалость, и Беллами великодушно оставил его там, окинув смягчившимся взглядом содержимое холодильника.
– Как вы оказались внизу, мистер Пусиандр? – заворчал Мэттью, пытаясь припомнить, выпускал ли крысу перед поездкой в Эссекс, планируя уложить в гамак собственноручно, ближе к утру. Он тоже обладал чутким слухом, поэтому начал шевелиться, заслышав ласковый голос хозяина. – Сколько диванов и проводов вы погрызли на этот раз?
Поставив тарелку в микроволновку, он всё-таки достал зверька из-за ворота рубашки, которую уже давно пора было закинуть в стирку, и пустил его на стол. Пусиандр тут же принялся за вилку с пластиковой ручкой.
– Мистер Пусиандр, – Мэттью покачал головой, доставая из тумбочки погрызенную крысой китайскую палочку и убирая вилку подальше. Крыс тут же занял себя игрой с деревянной палочкой, а Мэттью сел за длинный узкий стол и потёр глаза пальцами под стёклами очков. Затем и вовсе снял их, утыкаясь лбом в стол.
Невыносимо хотелось позвонить Джейми.
Мистер Никколз отрицал любые предположения Беллами о том, что тот давно о нём забыл. Они не обмолвились и словом за последние два года. Джейми ушёл в работу над научным исследованием с головой, и вряд ли вообще вспоминал о преданных взглядах, которые кидал на него Мэттью на последней стажировке в Лондоне.
Он всегда помогал разобраться в себе, во всяком случае, понимал его лучше, чем кто бы то ни было. Лучше, чем он сам понимал себя.
Будто в отрицание этой мысли, в его висок ткнулись носом. Пусиандр запищал прямо на ухо, с позволения сказать, беспокойно, и Мэттью положил руку на стол и согнул её в локте, прижимая к себе самого дорогого из друзей. Щёлкнула таймером и пискнула микроволновка, испугав крысу, и зверёк заворочался, пытаясь высвободиться.
Мэттью слабо улыбнулся и поднял голову, убирая ненужные мысли подальше в надежде, что нежеланное наваждение уйдёт точно так же, как и пришло, и занял себя игрой с Пусиандром. Он обычно пытался ставить баррикады из рук быстрее, чем мистер Пусиандр преодолевал их, и проигрывал в девяти случаях из десяти. Крыс реагировал на любое движение незамедлительно, только бы оно не было слишком резким, чтобы его испугать, иначе он мог ринуться со стола на пол, а это уж точно ничем хорошим для него закончиться не могло.