Беллами принес Октавию на руках и осторожно опустил на заранее подготовленное кресло. Их расчет оправдался: стоило отцу увидеть ее, как его лицо пошло красными пятнами, а голос начал срываться на крик.
— Что вы себе придумали, вы, мелкие ублюдки? Вы действительно думали, что сможете выжить в этом мире? Подчинить себе взрослых?
Октавия почувствовала знакомый запах и улыбнулась: Линкольн неслышно подошел и встал за ней. Отец, увидев эту улыбку, взбесился еще больше:
— Мы убьем вас, всех до единого, ясно? Морская львица не прощает предательства! Я не прощаю предательства!
Октавия посмотрела на сидящих рядом с отцом Рейвен и Элайзу. Надо же: они, похоже, помирились, во всяком случае Рейвен выглядела гораздо лучше, чем раньше, и они вдвоем склонились над какой-то железякой — видимо, тем самым самодельным полиграфом. Рейвен кивнула, и Элайза, поднявшись на ноги, принялась задавать вопросы.
— Вас зовут Чарльз Блейк младший?
— Ты прекрасно знаешь, как меня зовут, сучка!
— Вашего сына зовут Беллами?
— У меня больше нет сына!
— Вас освободил из заключения в Люмене человек Офелии?
— Не твое дело, поняла, девчонка? Тебе никогда не узнать планы морской львицы! Она сильнее вас всех, вместе взятых!
Октавия покосилась на застывшего Беллами и зашептала: «Спроси ты. Тебе он ответит».
Беллами шагнул вперед.
— Отец, — сказал он смело. — Офелия ушла на острова, оставив тебя здесь. Почему ты продолжаешь эту бессмысленную войну? Почему не хочешь сесть в лодку и уплыть туда, где твои люди?
— Пошел к черту, недоносок, — выплюнул Блейк. — Думаешь, я поползу за ними, как побитая собака? Не дождешься! Вы не сможете держать меня в плену вечно. Я снова вырвусь на свободу и сделаю из всех вас мертвых! Всех до единого!
— Но зачем? — повторил Беллами. — Зачем тебе все это?
— Зачем? — его лицо исказилось усмешкой. — Потому что все вы — преступники военного времени. А я подчинялся, подчиняюсь и буду подчиняться только армии США, и больше никому.
Вокруг воцарилась тишина. Октавия сидела, широко открыв рот, Беллами застыл, пораженный, и только Элайза, повернувшись к Рейвен, сказала:
— Отключай его. Я все поняла. Завтра мы отдадим его в Люмен, и пусть делают с ним что хотят.
***
Время тянулось будто резиновое, несмотря на то, что Алисия по уши загрузила себя работой и делами, выделив за двое суток лишь несколько часов на сон. Как и было договорено, каждые три часа она получала через гонцов короткие записки от Элайзы. Изучала их со словарем, улыбалась и снова шла работать.
«Mi piaci molto***»
«Ho bisogno di te****»
«Senza di te non posso pi`u vivere*****»
Все это сбивало дыхание и заставляло тело наливаться теплом и сладкой истомой. Но Алисия выходила за дверь комнаты, и тепло исчезало, заменяясь холодом.
Индра и Густус ушли, взяв с собой по десятку воинов с оружием и запасом продовольствия. Огненный клан выбрал нового лидера — Алисия одобрила этот выбор. Детей Нового мира разделили, отправив к родителям и приставив к каждому охрану. Сотни жителей с утра до ночи укрепляли забор, охотились, разделывали добычу и собирали походные сумки. Люмен готовился к осаде.
Когда на исходе второго дня стало темнеть, Алисия отдала последние указания Титусу и велела седлать лошадей и готовить сопровождение. Она наскоро обмыла водой уставшее тело и натянула брюки, привычно застегнув поверх ножны с кинжалом. Подумала и распустила по плечам волосы — чтобы дать голове отдохнуть. Приняла поводья из рук конюшего и, сопровождаемая тридцаткой воинов, отправилась в путь.
На месте ее ждал раскинутый на поляне походный шатер, внутри которого был только стол с картой и пара стульев. Она заняла один из них и приготовилась к ожиданию.
Но долго ждать не пришлось: совсем скоро снаружи послышался шум, и воин громогласно объявил:
— Лидер Небесного клана, командующая.
Алисия улыбнулась и пошла навстречу входящей в шатер Элайзе.
— Приветствую, командующая Нового мира.
— Приветствую, командующая огнем.
Они стояли и смотрели друг на друга. Повинуясь ранее отданному приказу, воин вышел из шатра, и — Алисия знала — отошел, как и все остальные, на двадцать футов, образуя живой заслон вокруг. Они остались одни, но Алисия не решалась сделать еще один шаг, не решалась сделать то, о чем мечтала в редкие минуты отдыха, когда читала короткие записки.
Элайза выглядела иначе, чем в Люмене. Она собрала волосы на затылке и вместо кожаных штанов была одета в джинсы, а вместо туники — в футболку. В футболку, тесно облегающую высокую пышную грудь.
— Так и будешь смотреть? — услышала Алисия, и почувствовала, как загораются огнем ее уши. — Или все-таки поцелуешь меня?
Они шагнули друг к другу одновременно, и утонули в жарком объятии, в горячем поцелуе. А потом так же быстро отстранились и посмотрели друг другу в глаза.
— Надо поговорить, — сказала Элайза.
— Надо, — согласилась Алисия.
Сели за стол, подальше друг от друга, чтобы избежать соблазна. Элайза рассказала о сведениях, полученных от Блейка, Алисия — о том, что отправила на разведку Индру и Густуса.
