Их было девять: только старшие, те, кому уже исполнилось или должно было вскоре исполниться пять лет. Алисия знала, что именно в этом возрасте идет активное формирование личности, что именно в этом возрасте дети копируют поведение тех, кого уважают, и это значило, что именно кто-то из этих девяти должен будет стать следующим командующим.
— Начнем, — сказала она, усаживаясь на стул. Дети разместились у ее ног, полукругом. — На прошлом занятии мы обсуждали основные правила Нового мира. Кто может повторить?
— Новый мир — безопасное место для всех живых, — сказала одна из девочек.
Алисия кивнула. Что еще?
— Новый мир — это справедливость по отношению к каждому.
— Новый мир жесток к тем, кто нарушает его законы.
Это сказал один из мальчишек — Эйден, чьи родители погибли год назад на охоте. Алисии нравился этот мальчик: для своих лет он был очень умен и развивался быстрее других.
— Хорошо, — сказала она, спрятав улыбку. — Теперь расскажите мне, какими качествами должен обладать командующий.
И снова ответил Эйден:
— Командующий Нового мира должен относиться к каждому из своего народа как к равному. Командующий должен быть сильным и смелым, чтобы защищать свой народ и быть справедливым, чтобы любить свой народ.
Алисия удивилась.
— Любить? — переспросила она. — Разве мы хоть раз говорили о любви?
Эйден покраснел, но все же ответил:
— Нет, командующая, но я думаю, что это важное качество.
Определенно, этот мальчик далеко пойдет. Впрочем, выбор в любом случае будет за народом Люмена, так что командующим сможет стать любой из этих детей.
— Хорошо, Эйден. Теперь поговорим о справедливости. Я хочу, чтобы каждый из вас рассказал, как именно понимает это слово.
***
— Как мы будем передвигаться и кого возьмем с собой?
Элайза уже давно думала об этом, и ответ у нее был готов:
— Ты, я, Рейв, Джаспер и Мерфи. Думаю, этого будет достаточно. В Розе за главного оставим Маркуса, а передвигаться будем пешком: так будет безопаснее, потому что мы сможем не создавать лишнего шума.
— А Линкольн? Он лучше всех знает здешние места.
— Он не оставит Октавию. Об этом нечего даже и думать.
Вик с сомнением покачал головой. Элайза понимала, что его беспокоит: пятеро людей, передвигающихся пешком, — хорошая приманка как для живых, так и для мертвых. Но брать с собой больше значило бы обескровить Розу, а на это она пойти не могла.
— Не боишься, что командующая начнет тебя искать? — задал он новый вопрос.
Элайза вздохнула. Конечно, она боялась. Более того: она хорошо знала, что именно так Алисия и поступит, отправит на ее поиски людей, они скорее всего погибнут, и новые смерти окажутся на ее совести.
— Я сделаю так, что она не станет искать.
Это было тяжелое решение, но ей пришлось его принять. Мысль о том, что из-за нее снова умрут люди, или — еще хуже — сама Алисия, была невыносима. Она найдет Офелию и принесет в Люмен ее голову. Тогда, и только тогда, все закончится так, как должно.
— Я говорила с Мерфи, — сказала Элайза, осознав, что слишком долго молчит. — Он готовит нам с собой запасы еды. Твоя задача — подготовить оружие и патроны, Рейвен занимается рациями, Джаспер рисует карту.
— А что будешь делать ты? — подозрительно спросил Вик.
Элайза вздохнула.
— А я буду писать письмо командующей.
Она слегка погрешила против истины, потому что собиралась писать не столько командующей, сколько Алисии. Нужно было объяснить, почему она поступает именно так, а не иначе, и — что куда важнее — объяснить, почему искать ее будет бессмысленно.
«Здравствуй, любовь моя».
Нет, так не годится. «Я люблю тебя», произнесенное в порыве страсти, и «любовь моя» — слишком разные вещи, и второе может напугать куда сильнее, чем первое. Никакого упоминания о любви, ни в коем случае. Не сейчас.
«Здравствуй».
Дьявол, и как объяснить ей то, что она собирается сделать? Сказать правду? «Я отправляюсь искать Офелию, но не хочу, чтобы ты участвовала в этом, потому что не уверена, сумеешь ли ты справиться с новой болью»?
Солгать? «Я ухожу, потому что поняла, что должна сделать одно важное дело, и ты не можешь мне в этом помочь»? Еще хуже.
Элайза в бессилии стукнула кулаком по столу и смяла исписанный и перечеркнутый несколько раз лист бумаги.
— Нужна помощь?
Мерфи. Сильный и смелый Мерфи, прячущийся за фартуком и клоунско-поварским колпаком. Элайза кивнула ему: садись.
— Пытаешься объяснить своей девушке, почему идешь искать ее бывшую и не берешь ее с собой?
Она вытаращила глаза. Что? Откуда он… Как он мог догадаться?
— Принцесса, — против ожидания, он не смеялся. — Я видел, как ты смотрела на нее в Люмене, когда меня приволокли ее шавки. Я еще тогда подумал: они будут вместе, если не сдохнут в попытках понять друг друга.
С первого взгляда, да? Элайза не стала возражать, она лишь устало потерла виски и вздохнула.
— Что бы ты написал?
Мерфи хмыкнул.
— Я не мастак в любовных делах, принцесса. Но если ты не хочешь, чтобы твоя девушка, — дьявол, это звучало так приятно! — последовала за тобой, то тебе нужно объяснить ей, почему ты этого не хочешь. И объяснить так, чтобы она поняла.
— Или солгать, — возразила Элайза.
