Вик услышал выстрелы, раздающиеся совсем рядом. Одиночные — как будто кто-то медленно и методично отстреливал подходящего ближе противника.
— Взяли, — скомандовал Маркус. — Рейв, где мы сможем спрятаться?
— Замок призраков. Я покажу.
Кто-то взвалил Вика на плечо и потащил, придерживая за колени. Он не сопротивлялся: голова никак не могла привыкнуть к проникающей в нее в памяти.
«Что из этого реально? — думал он, отвлекаясь от боли в ногах. — Ковчег или это? Может, я просто перебрал самогона Джаспера и теперь вижу дурацкий сон? Все мы мечтали снова попасть на землю, и вот мне снится, что я…»
— Быстрее, мать вашу! Внутрь!
Его куда-то занесли и положили на пол. Какие-то люди баррикадировали дверь, а Рейвен склонилась над ним, заглядывая в глаза.
— Ты что, придурок? Бредишь? Что с тобой?
— Рейвс, — улыбнулся он, растягивая губы. — За тобой должок, ясно? Когда закончишь праздновать годовщину со своим мальчонкой, ты должна будешь помочь мне в инженерном.
— Что? — она, вопреки ожиданию, не смеялась. — Вик, о чем ты вообще?
Кто-то снаружи ломился в дверь. Слышны были стоны, и клацанье зубов, и какой-то странный скрип. Маркус подошел и сел рядом с Виком на пол.
— Ты что-то вспомнил? — спросил он. — Скажи, что именно.
— Ковчег, и космос, и Рейвс, и Синклера. Так ты канцлер или нет, Кейн? Может, я хочу говорить только с канцлером?
Он увидел, как они с Рейвен переглядываются, и ему это совсем не понравилось. Как будто они знали что-то, чего не знал он.
— Ну, вы что? Не помните? Что вообще здесь происходит?
Маркус коротко кивнул, и Рейвен снова склонилась над Виком. Ее лицо оказалось очень близко, и он вдруг заметил, как сильно это лицо отличается от того, которое он видел буквально несколько минут назад.
— Вик, Элайза ушла из Люмена. Помнишь? Элайза ушла.
Элайза… Кто такая Элайза? Дьявол! Белокурая бестия, подмявшая под себя всю… сотню?
Он потряс головой, будто пытаясь совместить в ней несовместимые детали. И, кажется, получилось.
— Рейв? — неуверенно спросил он, и она кивнула. — Я сбросил сумку, потом был взрыв, а потом?
— Взрыв пробил дыру в платформе, на которой стояло колесо, и оно накренилось, а потом рухнуло. Ты остался жив только потому, что был в кабинке недалеко от земли. Ну, или потому, что ты везучий сукин сын, черт бы тебя побрал!
Теперь он все понял. Запоздалое раскаяние заставило поморщиться: как он мог не проверить сумку? Почему решил, что там только автоматы и больше ничего?
— Мои ноги…
Он посмотрел. Картина не предвещала ничего хорошего: ноги явно были сломаны, из одной торчала белая кость, отливающая блеском на фоне мяса и разорванной кожи.
— Я понял. Мне хана. Давайте, ребята, валите отсюда. Со мной вы до точки сбора не доберетесь никогда, либо я сдохну раньше, либо вы.
Рейвен и Маркус снова переглянулись.
— Да, конечно, — сказала она. — Стоило вытаскивать тебя из-под обломков и тащить сюда, чтобы в итоге бросить. Ты прав в одном: до точки сбора мы не дойдем. Надо возвращаться.
— Куда возвращаться? — усмехнулся Вик. — В добрые руки военных? Они, конечно, нас примут, вылечат мои ноги и погладят по голове.
— Йонас, — позвал Маркус. — Иди сюда. Мы должны решать вместе.
Йонас послушно подошел, оставив своих людей удерживать дверь, в которую по-прежнему с внешней стороны ломились мертвецы. Он сел рядом и задумчиво потеребил волосы на затылке.
— Люмена больше нет, — коротко сказал он. — Разумнее всего оставить Вика здесь, а самим идти дальше.
— Куда еще мы можем пойти? — спросила Рейвен, не обратив внимания на часть про «оставить». — Что насчет метро? В прошлый раз командующая со своей свитой ушла по нему.
Йонас подумал немного.
— Даже если укрепления в метро целы, по нему мы выйдем на Люмен. А его больше…
— Нет, — перебил Маркус. — Мы поняли. Смотрите: я думаю, что военные либо заделали дыру в баррикадах, либо свалили обратно на свои острова. Сколько бы их ни было, они бы не смогли перебить все мертвое население Лос-Анджелеса, так?
— Так, — медленно ответил Йонас.
— Тогда мы можем по метро дойти до баррикад, обогнуть их и выйти западнее Люмена и ближе к Розе.
Рейвен радостно закивала, а Йонас задумчиво пожевал губами и сказал:
— Нет.
— Почему нет?
Вместо него ответил Вик:
— Потому что, если даже мы дойдем до баррикад, то там нас будет ждать толпа мертвых, забыли? Мы не пройдем через них ни на запад, ни на восток. Особенно с учетом того, что один из нас вообще не сможет идти.
— Да, но…
— Рейв. Посмотри на мои ноги. Они сломаны. Это открытый перелом, и мы оба прекрасно знаем, чем это закончится без врачебного вмешательства.
Она замотала головой.
— Заткнись, Вик. Пожалуйста, заткнись, ладно? Твои артерии не порваны, кровь венозная, жгут мы наложили, и ты точно протянешь еще как минимум сутки. Особенно с учетом того, что я вколола тебе чертов морфин.
— Что ты сделала? — он даже рот открыл от удивления, смешанного со злостью. — Истратила на меня последнюю ампулу?
— Иначе ты бы умер от болевого шока. А теперь закрой рот и дай нам придумать, как тебя спасти.
Он замолчал, не в силах спорить дальше, а Рейвен принялась оглядываться.
