Йонас демонстративно положил на колени мачете и остался на месте. Он всем своим видом показывал, что теперь, когда командующая вернулась, только она может отдавать ему приказы.
— Иди, Йонас, — кивнула Алисия. — Мы будем здесь в безопасности.
Когда все вышли, она встала с дивана и опустила на дверь засов. Элайза молча смотрела на ее спину, на идеально ровную спину и расправленные плечи.
— Что все это было? — спросила она резко. — Есть что-то, чего я не знаю?
Алисия помедлила прежде чем повернуться к ней лицом.
— Мы можем поговорить об этом завтра?
— Нет. Я хочу поговорить об этом сейчас.
Видит бог, она совсем не желала ссориться и тратить первые после воссоединения часы на выяснение отношений, но тайна, повисшая в комнате, мешала дышать, и Элайза знала: пока она не поймет, пока не услышит новую — очередную! — правду, она не сможет сполна успокоиться. Не сможет насладиться этим ощущением «вместе».
Алисия вздохнула и села рядом с ней на диван. Она была вся оборванная, одежда покрыта брызгами крови, на лице — пыль и грязь долгой дороги. Но глаза… Глаза оставались такими же зелеными, яркими, и по-прежнему излучали свет и невероятную силу.
— Лекса, — тихо сказала Элайза. — Расскажи мне. Пожалуйста.
И она рассказала. Оказалось, что три года назад она вела своих людей в парк Йосемити. Целью похода было найти безопасное место подальше от побережья, в котором они смогут укрыться в случае, если морской народ начнет войну и одержит победу.
Путь был долгим и трудным, и до места они не дошли: Аня и ее люди встретили их и привели в резервацию. Вождем тогда еще был Кэнеонаскэтью, но было ясно, что он очень болен и вскоре не сможет руководить племенем.
Тогда и был заключен договор: если землянам понадобится убежище, они найдут его в резервации. Если убежище будет нужно племени, оно найдет его на побережье.
Вот только было еще одно условие: те, кто придет просить о помощи, станут частью тех, кто эту помощь даст.
— Иными словами, если мы все останемся в резервации, то командовать парадом будет Аня? — уточнила Элайза.
Алисия коротко кивнула.
— И что в этом плохого? Тебе так важно сохранить статус командующей?
— Нет. Но далеко не каждый из моих людей примет это. Анимигабовиквэ сказала, что ты провела шесть месяцев в ее племени. Ты знаешь их законы и их правила. И скажи мне, Кларк, смогут ли НАШИ люди подчиниться этим законам?
Элайза задумалась. Это было так давно, и она далеко не все помнила. Да и Аня сказала, что теперь, под ее руководством, в племени все изменилось, верно? Может быть, те законы уже не…
Она вдруг вспомнила самолет. И жесткое «мы отправляем сюда тех, кто нарушает наши границы».
— Есть еще одно, — добавила Алисия. — Тогда, три года назад, Кэнеонаскэтью намекал, что в случае необходимости он знает, как защитить свои земли. Анимигабовиквэ рассказала мне, что много лет назад к ним в резервацию приезжал мужчина. Он привез с собой дочь и оставил ее, попросив научить выживанию. А еще он оставил вождю карту.
— Мой отец? — прошептала Элайза. — Но это невозможно…
— Он был военным, верно? — спросила Алисия. — Он мог знать, где на территории Невады расположены военные объекты. И он мог передать карту Кэну.
— Но зачем?
Алисия молча смотрела на нее, и Элайза вдруг похолодела от ужаса.
— Хочешь сказать, что он… знал?
Нет. Этого не может быть. Чушь, глупость, неправда.
— Его расстреляли, когда мне было шестнадцать, — выкрикнула она. — Если он знал, то почему все это произошло через столько лет?
— У меня нет всех ответов, Кларк, — в голосе Алисии прозвучала грусть. — Я могу только догадываться.
— О чем догадываться? Говори! Хватит смотреть на меня так!
Ее била дрожь. Если отец знал, то почему не сказал? Почему не предупредил?
— Ты не задумывалась о том, откуда вообще взялся вирус? — спросила Алисия. — Мы задумывались. Это было похоже на атаку биологическим оружием: просто в одну неделю миллионы людей заболели, а потом превратились в живых мертвецов. Кто еще, кроме военных, мог придумать это оружие? Кто еще, кроме них, мог его использовать?
— Против своего же народа? — закричала Элайза. — Против своих же людей? Да ты бредишь, Лекса! Я бы поняла, если бы они использовали это на русских, или в Ираке, но не в США!
Она кричала, а Алисия почему-то оставалась спокойной. Только изредка прикусываемая губа выдавала нервозность.
— Я не знаю всех ответов, — повторила она. — Но теперь уже точно ясно, что твой отец привез тебя сюда девчонкой для того, чтобы индейцы научили тебя выживать. И он оставил Кэну карту, на которой были обозначены стратегические военные объекты.
— Ты этого не знаешь, — сквозь зубы прошипела Элайза.
— Знаю. Став вождем, Анимигабовиквэ взяла карту и с десятком охотников отправилась в пустыню. Они нашли целую железнодорожную сеть, связывающую объекты, обозначенные на карте. Именно тогда они увидели стадо, движущееся к Лос-Анджелесу.
Элайза встала и подошла к очагу. Подержала руки над огнем, разглядывая красно-синие поленья. Алисия молчала, и она была благодарна ей за это.
