Янь Гун помахал перед лицом ладонью:
– Тебе не станет дурно от такой духоты?
Но, приглядевшись, он заметил, что Мэйжун, наоборот, стала выглядеть лучше, когда покои нагрелись от огня.
«Может, на самом деле мерзнет?» – подумал Янь Гун, который раньше полагал это лишь очередным капризом красавицы.
Су Илань, растопырив пальцы, прижала ладони к бокам жаровни.
– Эй, эй, – забеспокоился Янь Гун, – не обожгись! Жаровня ведь раскалена!
Су Илань с нескрываемым удовольствием продемонстрировала ему обе ладони:
– Вот тебе очередная загадка, евнух.
Янь Гун сказал с досадой:
– У тебя по венам не кровь, а ледяная вода течет, что ли? Кто угодно бы обжегся. Или ты на самом деле ведьма?
Су Илань метнула на него быстрый и яростный взгляд:
– Как ты меня назвал?
– Без обид, – сказал Янь Гун, – но Цзэ-Цзэ ты вылечила и… морок на людей наводишь, чтобы твоего настоящего лица не видели. Что, неужели такая страшная, что показать нельзя?
Су Илань сузила глаза и в мгновение ока очутилась прямо перед Янь Гуном. Тот попятился, быстрота эта была нечеловеческой, и он струхнул.
– Если я покажу тебе, – сказала Су Илань ядовито, – ты до конца жизни не сможешь ночами спать.
– Цзэ-Цзэ, я гляжу, нормально спит, – храбрясь, сказал Янь Гун. – Да я и не просил показывать.
Су Илань презрительно фыркнула и отошла от него поближе к жаровне. Янь Гун выдохнул с нескрываемым облегчением и поспешил покинуть покои Хуанфэй.
Ли Цзэ непонимающе приподнял брови. Су Илань приложила палец к губам, призывая к молчанию.
– Нас подслушивают? – едва слышно спросил Ли Цзэ.
– Взгляни на пол, – посоветовала Су Илань, кивком указывая направление.
Ли Цзэ заметил на полу круглое пятнышко света, какое могли отбрасывать в тень блестящие предметы, но в покоях Хуанфэй не было ничего круглого, не считая зеркальца, которое Су Илань припрятала. Через мгновение Ли Цзэ понял, что это пятнышко света пробралось в покои через проверченную в окне дырку.
– Подглядывают? – побагровев лицом, сказал Ли Цзэ.
– Кажется, они очень озабочены тем, что происходит внутри. Во всех смыслах, – со смехом сказала Су Илань и, сев на кровать, хлопнула рядом с собой ладонью. – Насколько я могу судить, над кроватью есть полог?
Ли Цзэ раздвинул полог, который окружал кровать со всех сторон непроницаемым золотым занавесом, и зашел за него.
– Это просто возмутительно! Я распоряжусь сделать деревянные ставни.
– Уверен, это твой евнух, – сказала Су Илань.
– Почему? – удивился Ли Цзэ.
– Он недолюбливает Мэйжун, считает ее ведьмой, – засмеялась Су Илань.
– А если он тебя увидит? – беспокойно спросил Ли Цзэ.
– Ну что ты, – успокоила его Су Илань, – его я чую еще на подходе. Благовония, которые он использует, терпкие и долго не развеиваются. Он так хочет скрыть запах собственного тела, что, наверное, часами в благовониях отмокает. За мной ему не подглядеть.
– Я запрещу ему подглядывать, – нахмурился Ли Цзэ. – Что это такое, в самом деле!
Они с Су Илань не всегда уединялись за пологом. Ли Цзэ было неловко просить об этом чаще, чем он полагал пристойным. Они еще плохо знали и друг друга, и самих себя. Ли Цзэ полагал, что они и без того близки, ведь Су Илань, даже несмотря на раскаленную жаровню, греться предпочитала все-таки у него за пазухой. Не стоило забывать и что Ли Цзэ знал тайну Су Илань и видел ее настоящее лицо – единственный из всех людей. Но в покои Хуанфэй он в любом случае приходил каждый вечер и нередко оставался до утра.
Министры были довольны, но уже начали строить дальнейшие планы. Они ждали, что Мэйжун вот-вот сообщит о зачатии наследника династии Ли. Им даже удалось уговорить Ли Цзэ отложить поход в Дикие Земли на несколько месяцев, что они считали своей важнейшей победой.
– Негоже сразу оставлять Юйфэй в одиночестве, – сказал Синий министр, а Зеленый министр с ним согласился. – Могут подумать, что царь уже охладел к наложнице.
Они не рассчитывали, что Ли Цзэ согласится, но он действительно отложил военный поход на три месяца. Министры воспрянули и стали ждать благостных вестей из павильона Феникса. Но придворные дамы, которым было поручено приглядывать за Мэйжун, чтобы не проглядеть момент, каждый раз только качали головами: нет, еще не понесла. К концу третьего месяца министры уверились, что и не понесет.
– Царь ходит к ней каждый день, а она до сих пор не зачала, – обеспокоенно сказал Синий министр.
– А ведь придворным дамам велено было подмешивать ей в чай травы, способствующие зачатию, – покивал Зеленый министр.
– Не иначе как она бесплодна, – сказал Синий министр.
– Царь должен взять другую наложницу, – решили они.
Министры принялись досаждать Ли Цзэ своими опасениями. Ли Цзэ нахмурился.
– Царская наложница бесплодна, – сказал Синий министр, приниженно кланяясь, – министры просят царя взять другую наложницу.
– Мы обеспокоены будущим династии Ли, – вторил ему Зеленый министр.
Ли Цзэ поглядел на Янь Гуна. Тот пожал плечами и помахал перед собой ладонью. Янь Гун предпочитал не вмешиваться, на этот раз отдуваться придется министрам, что бы они ни задумали.
– Другая наложница мне не нужна, – отрезал Ли Цзэ.
