Мы узнали, что супруги Ядзаки – ровесники и поженились, когда им было по тридцать два года; что у них собака породы сиба-ину и они беспокоились, присмотрят ли за ней соседи, пока их нет; что Хаято учится в префектуральной школе и ходит в драмкружок.
Я вспоминал подозрения Ханы, которые она высказала вчера: не связано ли семейство Ядзаки как-то с этой подземной постройкой? Но спросить об этом я не успел – Котаро нанес свой удар первым:
– А вы все сюда действительно попали случайно? Это что, какое-то испытание было, на слабо друг друга брали?
– Ну… вроде того. Хотя нет, не на слабо. Просто услышали, что здесь место интересное, – ответила, слегка растерявшись, Саяка, которая сама собиралась задать Ядзаки тот же вопрос.
– А знал про этот бункер только Нисимура-кун, которого убили?
– Да.
– И больше никто?
– Наверное. Из вас ведь никто не знал, да? – обернулась к остальным Саяка. Разумеется, никто, кроме Юи, о подземелье понятия не имел. Вдруг, будто бы что-то припомнив, спохватилась сама Саяка. – Подождите-ка… до меня тут дошло… Около полугода назад Юя-сэмпай присылал мне фотографии отсюда. Так что я знала – только сама не осознавала этого.
– Что? Мне ты об этом не рассказывала, – удивилась Хана.
И я, и все остальные тоже слышали об этом впервые. Саяка, боясь, что ее признание покажется подозрительным, поспешила объяснить:
– Да нет, ну это вообще неважно, наверное… Просто Юя-сэмпай написал мне, спросил, как дела. Я ответила: нормально. А он говорит: я тут нашел странное место. И фото отправил – от входа и от аварийного выхода. Тогда я не обратила на это особого внимания, написала в ответ – ого, мол, выглядит жутковато. И все. Я и забыла совсем, не вспоминала, и только сейчас сообразила, что на фото этот бункер и был.
В общем, выходило, что никакой важной информации она и правда не сообщила. Снимки, сделанные внутри бункера, получились слишком темными, так что толком ничего нельзя было разглядеть, к тому же шли они вперемешку с другими фото, какими-то пейзажами, так что Саяка быстро выбросила их из головы.
Больше никому Юя этих снимков не отправлял. Интересно, почему он написал Саяке? Может, потому что она тоже увлекалась фотографией – вот он и решил показать ей необычное подземное сооружение? Вряд ли в этом был какой-то глубинный смысл. Но почему тогда Ядзаки так нас расспрашивал?
– А вы, Ядзаки-сан, что-то знали про это место? – спросила Саяка.
– Нет-нет, что вы, – мгновенно замотал он головой. – Мы просто заблудились!
Может, стоило надавить посильнее? Ядзаки как будто встревожился. Но никто из нас не был готов к жесткому конфликту, и потому ни с его, ни с нашей стороны больше вопросов не прозвучало.
– А что там с расследованием? Выяснили что-нибудь? – спросил он вместо этого, начиная терять терпение.
В воздухе повисло молчание.
– Пока ничего особенного, – наконец произнес Сётаро.
Ядзаки покачал головой. Обед на этом завершился.
Когда семейство уже собиралось покинуть столовую, Саяка вдруг окликнула подростка:
– Хаято-кун, бери чипсы, если хочешь!
На того, однако, слова оказали обратное действие – он снова ощетинился:
– Нет уж, обойдусь.
Родители, смущенные его невежливостью, поспешили выскользнуть за дверь.
Теперь, когда стало ясно, что разговор окончен, Рюхэй резко оттолкнул свой стул и направился к выходу.
– Как-то не очень получилось, – устало проговорила Саяка.
По сути, главной нашей проблемой было то, что поиски убийцы совершенно не продвигались. В таких обстоятельствах никакого прока от обсуждения разнообразных подозрительных моментов – кто знал о подземелье заранее и почему – быть просто не могло.
– И все-таки они какие-то странные. Почему их так интересует, зачем мы сюда пришли? Ясно же, что мы не планировали тут застрять, – тихо пробормотала Хана, но никто эту тему не поддержал.
В итоге в столовой мы провели не больше часа. Все, кажется, почувствовали, что собираться вместе небезопасно. В небольших группках нам еще удавалось сохранять спокойствие, но стоило вдевятером оказаться в одном помещении, как хотелось заорать:
Учитывая обстоятельства, можно было, наверное, считать, что организованная Саякой встреча прошла еще неплохо: в конце концов, никто не начал орать и ни на кого не набросился…
Было около трех часов дня.
Все разошлись по своим делам – это стало входить в привычку. Я сходил в туалет и возвращался по коридору к себе, когда столкнулся с выходящей из комнаты номер 115 Саякой. За спиной у нее почему-то был рюкзак – будто она готовилась к побегу. Увидев меня, она испуганно отшатнулась.
– Ты чего?
