В столовой никого не было. Я уселся за стол и принялся механически жевать рыбные консервы, вкуса которых совсем не чувствовал. Они мне ужасно надоели за последнее время.
Прежде чем я успел доесть, пришла Хана.
– Угу… – сонным голосом буркнула она на мое
– Наверное. Я ее не видел.
– Ясно…
Хана мрачно открыла консервную банку и, поколебавшись, не пойти ли к себе в комнату, в конце концов уселась за длинный стол и без особого энтузиазма приступила к завтраку.
– Вы с Саякой случайно не поссорились? – спросил я.
– Да нет. Обычное дело же. Зачем специально вместе тесниться, когда можно расположиться каждому в своей комнате. Так обеим лучше…
В общем, ответ был вполне ожидаемым. Неожиданным казалось только то, что Хана проснулась первой – Саяка всегда вставала раньше.
С другой стороны, сейчас ведь все было не как обычно. Может, Саяку ночью мучила бессонница, потому что на душе было тревожно, вот она и проспала. Но Хану как будто беспокоило что-то еще. Она доела свои фрукты, немного помялась и наконец решилась спросить:
– А вы вчера вечером Саяку не видели?
– Что? Нет, не видел. А ты, Сётаро?
Я бросил взгляд на брата – но он точно ничего знать не мог, ведь после ужина мы оба сидели в комнате. Последний раз я видел Саяку, когда она передавала что-то Хане.
– Кстати, а ты ведь сама вчера у нее что-то брала. Это что было?
– А, да так… изолента. Одолжила на время, – ответила Хана.
Как выяснилось, пока мы вчера сидели в столовой, Саяка, которая обедала у себя в комнате, случайно разбила стакан и, чтобы собрать мелкие осколки с пола, пошла на минус второй этаж за изолентой. Она уже почти закончила с уборкой, когда к ней заглянула Хана и тоже попросила ленту.
– У меня водолазка вся в катышках. Раздражает ужасно, а переодеться не во что. А тут у Саяки оказалась эта клейкая лента, и я подумала, что можно ею почистить.
Получается, вечером я видел их как раз в этот момент. Я получил ответ на свой вопрос, но Хана, похоже, думала о другом – о том, что случилось позже.
– Потом, уже после этого… Саяка как-то странно себя вела. Я видела ее в коридоре перед тем, как лечь спать. Она заглядывала в разные комнаты – как будто искала что-то.
– Хм… Это после того, как ты у нее изоленту взяла?
– Да. Все происходило около половины десятого.
В принципе, ничего особенно странного в этом не было: в огромном бункере вполне можно что-нибудь потерять… или, наоборот, Саяке могло что-то понадобиться. Меня тревожило то, что она до сих пор не проснулась. Может, конечно, она, поглощенная своими поисками, просто поздно легла…
Хана поспешно вышла – видимо, решила заглянуть к подруге в комнату. Вернулась она почти сразу – буквально вбежала в столовую:
– Слушайте, в комнате Саяки нет!
– Что?
– Нет ее! Пропала!
Комната номер 108 была пуста. Хана совсем переполошилась – словно уже предчувствуя самое плохое. Мы с Сётаро поднялись из-за стола и отправились вслед за ней.
Комната Саяки находилась рядом с лестницей, ведущей вниз, на минус второй этаж. Дверь была приоткрыта – так ее оставила Хана. Внутри действительно никого не обнаружилось, только посередине лежал матрас, а на нем – аккуратно сложенный спальный мешок.
– Вещей ее тоже нет, – заметил я.
Действительно, рюкзака Саяки нигде не было видно. Это наводило на мысли, что она просто решила переночевать в другой комнате. Но ведь тогда она взяла бы с собой и спальный мешок? В этом я практически не сомневался.
– Что тут происходит?
Обернувшись, я увидел Рюхэя. Я без долгих объяснений сказал только, что пропала Саяка. Эта новость новой вспышки не вызвала – Рюхэй лишь сглотнул.
– Все нормально? – теперь из своей комнаты вышла Маи.
Голос Ханы, когда она вбежала в столовую и закричала, что пропала Саяка, разнесся по всему подземному сооружению, так что вскоре к нам присоединилась и семья Ядзаки. Вместе мы начали поиски, решив осмотреть бункер целиком.
Каких-то два дня назад нечто подобное уже происходило – тогда мы, разделившись, искали пропавшего Юю. На этот раз мы двигались одной группой из восьми человек, открывая по порядку одну за другой двери на минус первом этаже. В прошлый раз мы и представить себе не могли, что найдем Юю мертвым, но теперь все было иначе. Мы звали Саяку по имени. Никакого ответа.
Никто больше не надеялся на благополучное окончание поисков: мол, Саяка обнаружится в очередной комнате безмятежно спящей.
Мы прошли весь минус первый этаж, оказавшись у склада, где лежало тело Юи. Заглядывать туда было жутковато – как-никак, место преступления. Внутри, однако, ничего не изменилось – все осталось как и два дня назад, только в воздухе начал витать слабый запах разложения.
Мы спустились на минус второй этаж и пошли в обратном направлении, с дальнего конца – к тому месту, где этажом выше находился выход. Ближе к нему освещение не работало, поэтому мы оставили ту часть коридора на потом.
