– Ты её жалеть вздумала, невесту своего бывшего, который тебя бросил? Тоже мне, нашлась мать Тереза! – громко возмущается собеседница. – Ладно, не буду занимать линию, вдруг, он тебе прямо сейчас звонит!
Лиля отключается, и спустя несколько минут раздаётся звонок, и на экране мобильного высвечивается номер телефона Арслана Булатова.
– Я получил результаты, – без предисловий произносит он, когда я отвечаю. Его голос звучит уверенно, бескомпромиссно. – Нам нужно встретиться.
– Гошка спит, я не могу его оставить. Только вечером, когда подруга будет дома… Если тебе так срочно нужно увидеться, приезжай, – говорю я.
Хоть этот будущий разговор с Арсланом и пугает меня до дрожи, откладывать его действительно нельзя. И я ни за что не покажу этому мужчине, что мне страшно. Он больше не увидит мою слабость, никогда.
Наступил новый день, а у меня из головы всё никак не выходит вчерашний. Из-за этого я сама не своя, всё валится из рук, мысли далеко. Не будь отец так занят, он бы наверняка что-нибудь заподозрил, но ему сейчас не до меня.
Вчера я едва не упала от удивления, обнаружив на своём пороге Дамира вместо Арслана. Я ведь ждала не его. Сначала даже решила, что с его братом что-то случилось.
– Он занят на работе, – сообщил мне Дамир. – А меня откомандировал к тебе, с билетами в кино. Идём?
– Может, тогда не надо, раз у него не получилось? – засомневалась я.
– Как это не надо? – нахмурился собеседник. – Ты что, дома сидеть будешь? Или не хочешь посмотреть этот фильм?
– Хочу, – созналась я.
– Тогда вперёд и с песней!
Его улыбка обезоруживала, и я улыбнулась в ответ.
Вместе с Дамиром мы вышли из подъезда, он галантно придержал мне дверь и довёл до своей машины. Она ему очень подходит – во всяком случае, мне так показалось. Такая быстрая, спортивная, приятного оттенка синего. Автомобиль Арслана другой – чёрный, более массивный. Их транспортные средства такие же разные, как и сами братья Булатовы.
«Что за ерунда лезет в голову! – подумала я, размещаясь на переднем сиденье. – А ещё Дамир теперь наверняка решит, что я угрюмая молчунья. Сижу, как воды в рот набрала. Он, должно быть, привык совсем к другим девушкам… Разговорчивым, лёгким, умеющим флиртовать».
Увы, я совсем не такая. Есть много вещей, которые даются мне куда легче общения с людьми. Например, катание на роликах или лепка украшений из полимерной глины. Луизе они очень нравятся. Отец же считает это дешёвкой и бессмысленной тратой денег на материалы. Его бы больше порадовало, если бы я увлекалась чем-нибудь другим. Чем-то более подходящим дочери Артура Багримова.
Отогнав от себя мысли об отце, я украдкой бросила взгляд на Дамира. Вот так, вблизи, заметила, что чёрные волосы у него надо лбом немного вьются. Верхние пуговицы рубашки расстёгнуты, открывая смуглую грудь, на щеках тёмная щетина. Напомнила себе, что нельзя так долго пялиться, и отвела глаза к окну. А затем услышала его голос – бархатный, волнующий.
– Нравится город?
– Что?
– Тебе здесь нравится, спрашиваю? Ты ведь не отсюда. Там, где вы жили раньше, лучше было?
– Нет! – вздрогнула я. – Совсем нет. Тут гораздо лучше.
– А во Франции? – продолжал расспрашивать меня Дамир. Неужели ему действительно интересно? Или попросту из вежливости со мной беседовал?
– Там… было хорошо, – отвечаю я. – Красиво. Много исторических мест.
– Какое тебе больше всего понравилось?
– Замок Шенонсо. Его называют «дамский замок». Кстати, это частная собственность, но владельцы разрешили пускать туристов.
– А почему это он дамский?
– В прошлом его много раз дарили самым красивым женщинам Франции. Наверное, это здорово. Получить в подарок целый прекрасный замок…
– Тоже хочешь? Мне намекнуть Арслану? – осведомился, приподняв густую чёрную бровь, собеседник. – Глядишь, и на замок накопит…
– Не надо! – ответила я и с удивлением поняла, что смеюсь. – Я обойдусь и без замка. Просто… мне там очень понравилось.
– А почему именно этот предмет изучала?
– Историю искусства? Ну… там для этого самое подходящее место. И потом, мне всегда нравилось ходить в художественные музеи.
– Сама не рисуешь?
– Немного.
– Нарисуешь мой портрет?
– Может… когда-нибудь…
Не говорить ведь ему, что я его уже нарисовала.
В вип-зале я оказалась впервые. И даже не ожидала, что весь он – маленький, уютный, с мягкими креслами и столиками – забронирован только для нас. Даже неловко, представляю, сколько это стоит.
Это должно было быть свидание с будущим супругом, а вместо этого я сидела там с его младшим братом. Свет в зале погас, начался фильм. Я очень старалась заинтересоваться историей героев, но не получалось, все мысли были не о том.
Скоро я убедилась, что мужчины и мелодрамы, увы, несовместимы. Потому что Дамир уснул. Причём, судя по всему, довольно крепко. Был бы это какой-нибудь шпионский боевик, наверное, не придремал бы, поглощённый сюжетом. Или дело не в жанре, а во мне?..
Я не должна была этого делать. До сих пор не знаю, что меня подтолкнуло. И стыдно тоже до сих пор, хотя он ничего не заметил. Ведь, если бы проснулся и заметил, то сказал бы? Наверняка да.
