Но я живо вспомнил тот случай, когда мы миновали место схватки. Никаких следов ее не осталось. Я чуть не прошел мимо «Окровавленного Билла», потому что над дверью красовалась новая вывеска: «Окровавленный Энди», написанная свежей зеленой краской. Тем не менее внутри заведение осталось точно таким же, за исключением человека за стойкой, оказавшегося выше и тоще того с каменным лицом, обслуживавшего меня в прошлый раз. Звали его, как я узнал, Джек, и он доводился Энди братом. Он продал нам бутылку «Мочи Бейля» и передал через отверстие в стене наш заказ на два рыбных обеда. Столик, который я занимал в прошлый раз, пустовал, и мы заняли именно его. Я положил пояс с мечом справа от себя, частично вытащив из ножен, так как был уже знаком со здешним этикетом.
— Мне нравится это заведение, — решила она. — Оно какое-то…. необычное…
— О… да, — согласился я, взглянув на двух пьяных, одного у дверей заведения, а другого — в глубине, и на трех типов с бегающими глазками, тихо беседующих в углу. На полу возле подозрительного вида пятен валялось несколько разбитых бутылок, а на противоположной стене висели не слишком изощренные эротические произведения искусства.
— Готовят здесь прилично, — добавил я.
— Никогда не посещала подобных заведений, — сообщила она, наблюдая за черной кошкой, которая выскочила из подсобки и сражалась с крысой.
— У ресторана есть свои завсегдатаи, — пояснил я. — Сверхразборчивые гурманы, которым дорог секрет здешней кухни.
Я продолжал рассказ, уплетая обед даже активнее, чем в прошлый памятный раз. Когда немного позже открылась наружная дверь, впустив хромого коротышку с грязным бинтом на голове, я заметил, что дневной свет начинает меркнуть. Так как я уже закончил свой рассказ, то можно было уже уходить.
Я так прямо и заявил, но она накрыла мою руку ладонью.
— Ты знаешь, я не то существо, — сказала Корал, — но если тебе необходима помощь, то можешь на меня рассчитывать.
— Ты умеешь хорошо слушать, — поблагодарил я ее. — Спасибо. А теперь нам лучше все-таки уйти.
Мы выбрались из Закоулка Смерти без всяких происшествий и направились портовой дорогой к Лозе. Когда мы стали подниматься, солнце уже садилось и булыжники мостовой радужно отсвечивали. Уличное движение было довольно редким. В воздухе плыли запахи кухни, на улицах шуршали листья. Высоко над головой парил, оседлав воздушные потоки, маленький желтый дракончик. На севере за дворцом рябила многоцветная завеса. Я продолжал молчать, ожидая от Корал новых вопросов, но так и не дождался. Если бы я выслушал рассказ, подобный моему, у меня возникло бы немало вопросов.
— Когда мы вернемся во дворец? — спросила она.
— Скоро.
— Ты ведь отведешь меня посмотреть Лабиринт, не так ли?
Я рассмеялся и осведомился:
— Сразу же? Как только переступим порог?
— Да.
— Разумеется.
Затем ее мысли направились по другому руслу.
— Твой рассказ меняет мое представление о мире, — вздохнула Корал. — Я бы не взяла на себя смелость советовать тебе…
— Но… — продолжил я за нее.
— …кажется, что Замок Четырех Миров содержит все нужные тебе ответы. Когда ты узнаешь, что там происходит, все прочее займет свои места. Но мне непонятно, почему ты просто не можешь нарисовать Козырь и козырнуться в Замок?
— Хороший вопрос. Во Дворах Хаоса есть места, куда никто не может козырнуться, потому что они постоянно меняются и их нельзя изобразить перманентными средствами. То же самое относится и к месту, где я расположил Колесо-призрак. Местность вокруг Замка порядком изменчива, правда, я не убежден, что причина невозможности козырнуться туда именно в этом. Это место — средоточие мощной силы. И я думаю, кто-то сумел повернуть какую-то часть этой силы на создание экранирующих чар. Хороший маг сумел бы пройти сквозь них по Карте, но у меня сложилось ощущение, что прикосновение потребовавшейся для этого силы, вероятно, поднимет тревогу и нарушится элемент внезапности.
— А на что вообще похоже это место?
— Ну… — начал, было, я, — вот… — я вынул из кармана рубашки блокнот, фломастер и быстро набросал план местности. — Видишь, вот это район вулканической деятельности. — Я нацарапал несколько гейзеров. — А с другой стороны — ледниковый период, — новые штрихи, — вот тут океан, а здесь горы…
— Тогда, кажется, тебе лучше всего ставить на новое применение Лабиринта, — заявила Корал, изучая рисунок и покачивая головкой.
— Да?
— Ты скоро собираешься прибегнуть к этому?
— Возможно.
— Как ты на них нападешь?
— Я все еще работаю над этим вопросом.
— Если я смогу тебе в чем-то помочь, то учти, я не отказываюсь от своих прежних слов.
— Спасибо, но я в этом не нуждаюсь.
— Без всяких обсуждений?
— Да.
— Если ты передумаешь…
— Не надейся.
— …то дашь мне знать.
Мы добрались до площади и зашагали по ней. Здесь ветер дул сильней, моей щеки коснулось что-то холодное, потом опять…
— Снег, — объявила Корал, как раз тогда, когда я сообразил, что вокруг нас кружат небольшие снежинки. Падая на землю, они мгновенно таяли.
— Если бы ваша делегация прибыла в намеченное время, возможно, мы не смогли бы отправиться на такую прогулку.
