Плотно прикрыв за собой дверь, я активировала смарт и, найдя заветный номер, нажала на вызов.
“Вы позвонили на телефон мистера Барретта. Оставьте свое сообщение после сигнала”, - послышался голос в трубке, и я дала отбой.
“После приезда из Сингапура Ричард, скорее всего, загружен работой на очередном совещании или деловой встрече”, - нахмурилась я, однако, минуту подумав, нашла в адресной книге номер офиса и вновь нажала на вызов.
Как и следовало ожидать, мне ответил Пол - референт Ричарда. Он любезно сообщил, что у мистера Барретта производственное совещание и он освободится не раньше обеда, а я машинально кивнула, предполагая такой поворот.
- Что-нибудь срочное? - задал Пол дежурный вопрос. Обычно он всегда так спрашивал, когда я звонила в офис.
- Нет, - тут же ответила я.
- Мистер Барретт запретил его беспокоить, но вы можете оставить сообщение, и как только возникнет возможность, я ему передам, - добавил он.
Нет, сообщение, как СМС так и референту, я оставлять не хотела.
- Не надо ничего передавать. Я позже позвоню ему на мобильный, - произнесла я и, положив трубку, горько усмехнулась. В этом был весь Барретт.
Значит так надо, чтобы Ричард узнал о результатах моих анализов не от меня.
“Что ж, пока будущее мне недоступно”, - вздохнула я и, посмотрев на гравюру Эшера позади моего стола, вновь задумалась. Насколько эта работа, сочетающая в себе переплетение ангелов и демонов, была созвучна моей жизни в общем и моему нынешнему состоянию в частности.
Хотела я того или нет, но сознание жестко било по моим вискам и атаковало главным вопросом - что будет, если Ричард откажется от ребенка.
Зная о судьбе Марты, памятуя, как Барретт вырубил ее и насильно доставил в больницу, я понимала, что меня могла ждать та же участь. У нее даже не было права выбора. Я сжала кулаки, виски пронзило болью, и я попыталась успокоиться, в очередной раз блокируя эмоции и запрещая себе думать о плохом до тех пор, пока я не поговорю с Ричардом.
“Один из способов выбрать будущее - просто поверить в то, что оно неизбежно...”, - тихо повторила я, когда у ресепшена послышался голос Бесси, и я вздохнула - сейчас мне нужно было отвлечься от ненужных мыслей, от ожидания результатов коагулограммы, от ожидания Барретта, и работа мне в этом помогала.
Полностью заблокировав эмоции, я натянула на лицо приветливую маску и, растянув губы в улыбке, сделала глубокий вдох.
- Хорошо, что ты уже здесь, - моя помощница зашла в кабинет, и я улыбнулась, увидев на ее шее платок, который я ей привезла из Сингапура и подарила вчера вечером.
- Тебе идет.
- Еще бы! Такая красота! - просияла Бесси.
- Что у нас нового? - бодрым голосом спросила я, а моя помощница уже направлялась ко мне с планшетом, готовая загрузить меня информацией.
Так и проходил день. Заблокировав эмоции, я внимательно слушала Бесси, мы обсуждали тему новой выставки, новые работы, планы по реконструкции галереи, а я то и дело поглядывала на смарт и ждала двух новостей - от Авроры и от Ричарда.
Первый звонок поступил во второй половине дня, едва я вновь спустилась в галерею после плотного обеда - звонила Аврора с результатами из лаборатории.
- Биохимия, общий, на гормоны, и, главное, коагулограмма - в норме! - говорила она бодрым голосом. - Ты здорова, никаких аномалий и патологий не выявлено. Лидия очень довольна результатами.
- Спасибо, - тихо произнесла я и, словно боясь спугнуть хорошую новость, аккуратно выдохнула.
Теперь оставалось дождаться Ричарда.
- С тобой все в порядке? - послышался голос Беатрис, и я подняла взгляд. Она сидела напротив меня и внимательно изучала мое лицо.
Я аккуратно вздохнула, унимая бешенный стук сердца, и, вновь надев приветливую маску, улыбнулась.
- Да… Всё в порядке.
- Ты будто замерла на секунду… - настороженно смотрела она на меня.
- Просто сегодня утром сдавала анализы. Боялась плохих результатов. Но все в норме, - ответила я, а Бесси, памятуя мою эпопею с аварией и ее последствиями, понимающе закивала.
- Поздравляю. Я очень рада, что все в порядке.
- Так что ты там говорила о Груве? Он согласился открыть депозитный счет? - сменила я тему, вновь активируя рабочий iPad.
- Нет, тянет с ответом. В галерею не приезжает. Я была у него дома пару раз. Говорит, давай кэш. Подписывать ничего не хочет. Грозится тем, что больше картины нам отдавать не будет и полицию вызовет. Мол, мы нарушаем его права.
- Трезвый был?
- Какой там… - махнула она рукой. - Обкуренный в усмерть.
- Наличку в руки ему отдавать нельзя, - отрезала я. - Не вытянем.
- Нельзя, - согласилась Беатрис.
- Мы ему должны за две картины?
- Да, - ответила помощница и, внимательно посмотрев на меня, добавила: - Может быть, ты с мистером Барреттом поговоришь? Он такие вопросы на раз-два сможет решить.
При упоминании о Ричарде мои эмоции вновь попытались вырваться наружу, но я сжала под столом кулак и, заблокировав любые мысли о беременности, продолжила разговор.
