— То тут же решили воспользоваться представившимся вам шансом и с моей помощью и отомстить, и вернуть когда-то безвозвратно потерянное? — я услышала свой натянутый голос, будто со стороны, сперва не поверив, что это говорю я. Мне вообще все последние минуты казались какими-то неправдоподобными фрагментами из бредового сна. Хотя Стаффорд выглядел, как и раньше, — безупречно и ни в кого другого за всё это время так ни разу и не перевоплотился. Даже в того монстра, о котором сам же и упомянул.
— Вот видишь. Ничего сверхсложного или таинственного здесь не выявилось. Можно сказать, самая обыденная банальность. Даже для сюжета бульварного романчика едва ли прокатит.
— Серьёзно? — кажется, меня уже начало слегка (или отнюдь не слегка) потряхивать. Особенно от вида Рейнальда и его невозмутимого поведения. — Вы решили воспользоваться мной, чтобы… чтобы вернуть вашего когда-то народившегося ребёнка? И по-вашему это нормально? Ничего странного в данном заявлении нет?
— А что здесь странного. В мире тысячи суррогатных матерей вынашивают тысячи чужих детей и ничего. Все счастливы и довольны, даже не взирая на серьёзные этические проблемы в данных вопросах, не говоря уже про медицинские.
— Тогда… Почему вы не воспользовались услугами подобных матерей и занимающимися такими вещами центрами? В чём проблема? Не говоря уже про всех ваших любовниц, которые с большим удовольствием родят вам хоть целую дюжину наследников. А то и две!
Стаффорд снова ответил не сразу, склонив немного голову на бок, разве что не закатил глаз от моей юношеской непосредственности и недалёкости.
— Я, кажется, говорил об аборте, сделанном
— В-вы… вы точно сумасшедший! — я, до сих пор не веря происходящему, принялась качать головой, неосознанно вцепившись в подлокотники кресла обеими руками и явно не зная, что предпринять в самое ближайшее время. То ли вскочить на ноги и рвануть на выход, то ли наброситься на Стаффорда с кулаками.
Он определённо спятил! По-другому его поведение и слова не назовёшь.
— С чего вы вообще взяли, что я захочу принять ваши условия? Да это же… просто бред какой-то! Вы не можете меня заставить! Вы вообще ни к чему не можете меня принуждать! Это противозаконно! И это моё тело! Только я имею право им распоряжаться! Не вы! И никакие деньги это не изменят!
— Хочешь сказать, что если ты уже сейчас окажешься в положении, то сразу же побежишь отсюда в больницу на аборт?
Вопрос Рейнальда моментально вернул меня на землю, как и его спокойный тон голоса, резанувший по слуху и нервам будто остро отточенной бритвой.
— Вы… вы не можете знать наверняка… И вы должны были меня предупредить о своём решении заранее, а не… после того, как… как…
— Как уже несколько раз в тебя кончил? И чтобы это изменило? Я говорю тебе об этом сейчас в том случае, если ты уже успела к этому времени забеременеть. Так сказать, предупреждая заранее, чтобы ты не начала творить последующих за этим глупостей. И стал бы я всё это затевать, если бы меня интересовало твоё мнение на этот счёт? Мы уже далеко не раз обсуждали твоё положение в этом доме, и что я могу сделать не только с тобой, но и с любым близким тебе человеком… Пора бы тебе реагировать на подобные вещи с соответствующим пониманием и готовностью, а не впадать в очередную истерику и не строить из себя жертву века. Даже суррогатные матери не имеют столько привилегий и возможностей, какие есть и будут у тебя. А денежные вопросы тебя вообще не должны волновать. Все расходы я беру на себя, так или иначе. И даже приплачу сверху за любую возможную моральную травму.
— Но уже после того, как я рожу? — нет, я ещё не была к этому готова, ни морально, ни физически. Мой разум продолжал отторгать полученную информацию, как нечто нелепое и ирреальное. Но глядя на абсолютно спокойного Стаффорда, мне волей неволей приходилось понимать, что он не отступит от своего решения. Он сделает всё для того, чтобы я родила, и плевать он хотел на то, чего я хочу или не хочу.
— В любом случае ты её получишь, в зависимости от окончательного исхода.
— То есть… вас сейчас совершенно не волнует, соглашусь я на это или нет?
— Ты согласилась пойти на нелегальный аукцион живым товаром. Ты согласилась переспать с выкупившим тебя человеком, даже не зная, кто он такой. Ты здесь живёшь уже больше недели и без проблем спишь со мной. Вернее, даёшь себя трахать, получая при этом собственное удовольствие. Но родить в максимально благоприятных условиях, каких у тебя не будет за пределами этого дома, для тебя уже шок-контент.
