Девочка-дракон с шоколадным сердцем полностью

Я хорошо знала Силке. Она не ищет простых ответов и разгадает загадку в мгновение ока. Конечно, ей захочется услышать, что произошло после того, как я попала в «Шоколадное сердце» неделю назад. Любопытство Силке пылает внутри неё как драконий огонь.

Но её брат совсем не выглядел довольным.

– О, разумеется. Потому что вот это совсем не таинственно. – Он взял помятое платье, отвергнутое одним из его покупателей, и встряхнул его так, что в воздухе что-то щёлкнуло. – Моя сестрёнка и её секреты! Если бы она хоть иногда оставалась на месте, как нормальный человек…

– Ты ей передашь? – спросила я.

Он тяжело вздохнул.

– Конечно, передам. Но не могу ничего обещать, потому что не знаю, как скоро её увижу. Она целыми днями где-то пропадает. Ей это нравится.

– Это хорошо. – Я работала с самого рассвета. – Я всё равно уже проголодалась.

Силке нашла меня час спустя в четырёх улицах от рынка. Я стояла перед яркой цветочной лавкой, с аппетитом откусывая от горячего соленого свежеиспеченного кренделя. Подтаявшее масло стекало по пальцам.

Голос Силке я услышала прежде, чем увидела её:

– Скоро тебе потребуется второе платье. Люди заметят, что ты каждый день носишь одно и то же.

Не оборачиваясь, я пожала плечами.

– Кажется, моя хозяйка не возражает. – Конечно, Марине не понравилось бы, начни я дурно пахнуть: опрятность и чистота на кухне были её основными правилами. Раз в несколько ночей я переодевалась в ткань-чешую и в этом время стирала платье. До сей поры никто не жаловался. На самом деле Марина вряд ли обратила бы внимание, носи я чешуйчатую ткань хоть целыми днями. По крайней мере до тех пор, пока я выполняю все её задания. С другой стороны…

– Я подумаю о том, чтобы купить ещё одно платье, – сказала я Силке. – И даже сделаю это в твоей лавочке, чтобы помочь твоей семье… если ты поможешь мне в моих делах.

– В твоих делах? – Силке наконец оказалась в поле моего зрения, и я увидела, что она улыбалась. На ней было длинное черное пальто, шелестевшее во время ходьбы. – Тебе удалось меня заинтриговать. – Она протянула руку и длинными коричневыми пальцами ловко оторвала кусочек моего кренделя. – Итак, расскажи мне, Авантюрина, как ты умудрилась добиться того, чтобы на прошлой неделе тебя пустили в кухню этого шоколадного дома, и какую должность они тебе предоставили? Горничной? Посудомойки? Девочки на побегушках?

– Не угадала, – самодовольно ответила я и отодвинула руку с остатками кренделя прочь от Силке, чтобы она не смогла до него дотянуться. – Марина взяла меня к себе подмастерьем.

– Что? – пальцы Силке застыли в воздухе, а украденный кусочек кренделя едва не вывалился у неё изо рта. – Ты – подмастерье шоколатье? – Она изумлённо смотрела на меня. – Ты хотя бы представляешь себе, как трудно в этом городе получить обычное место подмастерья, даже девочкам с хорошими манерами и связями? А ещё труднее стать подмастерьем шоколатье! Даже несмотря на то, что твоя хозяйка – сущий кошмар!… – Она покачала головой, явно поражённая до глубины души. – Скажи, как тебе это удалось?

– Потому что я не обычная, – выпалила я. – А Марина вовсе не кошмар! – Будь я в своём настоящем теле, струйки дыма уже угрожающе вились бы из моих ноздрей в ответ на это оскорбление.

Но Силке, казалось, даже не поняла, что она в опасности.

– О, я просто передаю тебе то, что повторяет каждый в этом городе, – радостно пояснила она и наконец начала пережёвывать украденный кусочек. – На прошлой неделе я расспрашивала о ней. После того, как ты исчезла. Понимаешь, мне стало любопытно.

Вот так сюрприз! Я яростно откусила кусок кренделя, мечтая о том, чтобы у меня были зубы поострее. Тогда бы я выглядела действительно угрожающе!

Однако Силке совсем не выглядела запуганной. Она преспокойно дожёвывала крендель.

– Говорят, – продолжала она, временами замолкая, чтобы слизнуть остатки масла с пальцев, – что, когда самый богатый банкир в городе пришёл в «Шоколадное сердце» с женой, твоя хозяйка отказалась выйти и поговорить с ними, а ведь они хотели похвалить её шоколад. Представляешь? Жена банкира сказала, что её в жизни никто так не оскорблял! Она передала всем своим знакомым, чтобы они туда больше не ходили!

– Значит, она полная дура, – фыркнула я, вытирая руки о платье. – Марина не может выйти из кухни поболтать, если она готовит шоколад. Это очень деликатная и сложная процедура.

– Ох, и вот ещё что! – Силке неодобрительно покачала головой. – Она никого не впускает в свою кухню. Люди это просто ненавидят.

– Думаешь, она должна впускать посторонних в кухню? – Не веря своим ушам, я смотрела на неё во все глаза. – Какой глупец на это согласится?