Гораздо проще и правильнее оставлять проблемы внутри себя, не давать им просочиться наружу и каждый раз залепливать новым слоем пластыря, не позволяя жидкому гною вытечь. С одной стороны, внутрь тебя никто не засунет свои грязные пальцы, не вытащит правду и мысли с одной из кишок — все будет похоронено там навеки, по крайней мере, до тех пор, пока бедная психика не перестанет тянуть такую немыслимую нагрузку. Но есть и обратная сторона. Страшная, о которой я стараюсь не думать просто так, без явного повода. Она заключается в следующем: однажды, в один прекрасный солнечный день с разноцветными птицами и сладкими песнями повсюду ты сдашься, а точнее, сдастся твоя голова. Старые переживания, подобно серой груде металлолома, разбросанной по огромным кучам на пустоши, будут закрывать собой слабый свет солнца. И ты в который раз окажешься на этом мусорном кладбище, но не сможешь найти дорогу обратно, в свой мир: так и будешь бродить между острыми бесконечными громадами отходов и надрывать голос, звать на помощь, а выбраться так и не удастся. Вот, почему я все же выбираю первое — иначе сойду с ума, как старая-добрая Дафна Линдсон).
Я, кажется, немного ушел от темы. Со мной такое часто бывает, Джек из будущего, который читает эту чушь. Да, парень, я пишу для тебя тоже — быть может несколькими годами позже ты станешь известным человеком и отдашь этот дневник в печать, чтобы мои бредни вставили в заумную автобиографическую статью. Но это уже другая история.
Наверное, здесь я буду записывать то, что мне трудно произнести вслух даже в тишине собственного одиночества. Такое тоже бывает. И, да, сейчас уже… около двух ночи, а я заперся в комнате и пишу вместо того, чтобы лечь спать и проснуться на следующее утро более или менее нормальным человеком. К черту. Нормальные люди разве спят? Они просто очень хорошо притворяются.
Только что я сделал то, о чем думал в течение всей этой долгой недели. Ну, вернее, не в данный момент, а около часа или двух назад, ведь тогда я не писал бы это с такой спешкой. В моем вечере появилась Кэтрин Джонс и наполнила его всевозможными эмоциями и темами для размышлений. К примеру, я внезапно вспомнил, как в прошлом году не мог для себя решить, когда же позвать ее на прогулку, но сделать это легко и ненавязчиво. Ходил из стороны в сторону, думал, подбирал время, место, а в итоге она сама позвонила, спасая тем самым от принятия решения. Теперь некогда важные и трепетные переживания кажутся не такими уж и значимыми. Словно они умерли вместе с остатками нашей дружбы, исчезли, и теперь представляют из себя не больше крохотных кусочков чего-то несущественного. Об этом тяжело думать.
Мысли о потраченном зря времени не перестают меня обгладывать снаружи и изнутри. Я начинаю вспоминать о том, сколько слов и жестов было брошено мною впустую; все эти рукопожатия, улыбки, взгляды — ложь. А ведь каждому я уделил максимум своего внимания, вложил в них смысл и душу, то есть отдал часть себя другому человеку, а в итоге… Люди ушли и забрали все это с собой, не вернув ни капли обратно, хоть я и был настойчив. И что выходит? Время не вернуть, а ведь именно такие минуты незаметно складываются в дни и года, утекают между пальцев, а потом мы с удивлением смотрим на отражение в зеркале и думаем: «Куда я потратил все это? На такое количество купюр можно было купить все, что угодно. Где моя сдача? Почему никто ничего не предпринимает?» Следовательно, я сделаю один важный вывод, к которому потом, скорее всего, буду не один раз обращаться:
НЕ СТОИТ ТРАТИТЬ ВРЕМЯ НА НЕНУЖНЫХ ЛЮДЕЙ.
Неплохо написано, пожалуй, это могло бы стать отличным слоганом для какой-нибудь дешевой книжки по психологии человеческих отношений или о проблеме цейтнота. Нужно будет запомнить.
ОНИ неустанно твердят о том, что дело во мне, и изменилось мое сознание. Настолько часто в последнее время я слышу эту фразу, что она теряет свой смысл, оказываясь в голове — я чувствую, как она вертится внутри меня, расщепляется на отдельные части и тут же собирается снова, словно длинная нить жевательной резинки. И вкус уже едва ощущается на языке, а я все жую и тяну, желая получить максимум и понять, наконец, к чему эта фраза относится. Может со мной действительно что-то не так? Не могут быть виноватыми все люди разом. Значит, в чем-то есть проблема, и я понимаю это; ощущаю последствия какого-то переломного момента в моей жизни, но анализирую события и никак не могу найти дыру в этой цепочке.
Кэти и Роджер только смеются, плачутся за моей спиной и преподносят ситуацию так, как они хотят, чтобы я ее видел. Депрессивно-пессимистично, предполагая, что внутри у меня творится то же самое. Но это ошибка. Дело всего лишь в осени.
