– Нет. Я думаю, что их всех убили ножом. Крови было слишком много.
– А где был Вакула? Где был он?
– Я не знаю, Кирилл, – уткнувшись лбом в его плечо, я закрыла глаза, перед которыми все было красным. – Его не было. Я больше не видела его.
– Все, милая! Не плачь! – прижимая меня к себе, успокаивал меня Кирилл. – Ты большая молодец, Валерия!
– Кирилл Андреевич! – голос охранника прервал наши объятия. – Там это…
Мужчина двусмысленно посмотрел на меня, мол, ЭТО меня не касается. Что-то случилось, чего мне знать не положено. Неужели что-то с Никитой? Боже!
– Валерия… – погладил меня по волосам тоже переменившийся в лице Кирилл.
– Я хочу знать, что случилось! – не терпящим возражения тоном, пресекла я Уманского.
Ни говоря ни слова, охранник пригласил нас в гостиную. Уманский шел первым, я позади него. Мы подошли к журнальному столику, на которой стояла небольшая коробка.
– Велели передать Валерии Анатольевне лично, – проинформировал нас «шкаф». – Мы проверили, это не бомба. Хотите, я открою?
– Да, – кивнул Кирилл.
Он отвел меня в сторонку, на безопасное расстояние. В этот раз я не сопротивлялась. В коробке на самом деле могла быть бомба или отрава какая-нибудь. После того, что случилось с Никитой, я ни чему не удивлюсь.
Я зорко следила за тем, что делает охранник. Он вытащил из коробки листок бумаги, положил его на стол, а затем извлек небольшую шкатулочку и осторожно поставил ее рядом с коробкой. Открыв ее крышку, он вытер рукавом куртки лоб и подозвал нас.
Мы с Кириллом снова приблизились к столику. Сгорая от волнения и любопытства, я заглянула в шкатулку. На белоснежном платочке лежал мужской посиневший палец с перстнем Вакулы на нем. Никите отрезали палец? Только его или он уже мертв?
У меня перед глазами все поплыло, как тогда на кладбище. В обморок я не грохнулась. Пошатываясь, я сделала шаг в сторону, и все, что я только что съела, разом вылилось из меня на ковер. Тошнота еще раз и еще подкатывала к горлу, но блевать больше было нечем. Кирилл подхватил меня за плечи, убирая второй рукой волосы от лица.
– Пойдем, Валерия, – мягко, но нетерпеливо, сказал Кирилл.
Прихватив с собой записку похитителей, он отвел меня в мою комнату. Уманский помог мне умыться, уложил меня на постель и только после этого развернул листок бумаги.
– Что там? – еле дождавшись, пока Кирилл пробежится по записке глазами, спросила я.
Он не ответил, просто протянул листок мне.
«Меняю твоего мужа на твоего отца. Валид Асадов.»
Ниже адрес.
Я же говорила, что это он!
– Значит, Никита еще жив? – с надеждой спросила я у Кирилла, как будто он мог знать наверняка.
– Конечно, жив, Валерия! – глазом не моргнув, ответил Кирилл. – Просто Валид дал нам понять, что его намерения серьезные. Кольцо вернул, намекая, что деньги и власть его не интересуют. Асадов мог бы похитить и тебя. Если бы ты была у Валида, менять Вакулу было бы не на кого. Скорее всего он знает, что ты не знаешь, где прячется твой отец.
– Но тогда на что рассчитывает Валид? – Я на самом деле не понимала, что за схему придумал этот чертов Асадов. – Как же я проведу обмен, если не знаю, где Вакула? Он идиот?
– А если бы ты знала, где Анатолий Борисович, ты бы поменяла его на Никиту? Смогла бы поменять отца на мужа?
Да почему я должна выбирать, кому жить, а кому нет? Тем более, я не знаю, где отец. Так что и раздумывать не о чем.
– Отдохни, Валерия! – приказал мне Кирилл. – Валид не установил нам сроки, так что времени немного есть, чтобы придумать, как вернуть твоего мужа. – Кирилл ткнул в бумажку, лежавшую на кровати. – Этот адрес может быть ловушкой. Возможно Зотов вообще в другом месте. Что если все это придумал Одинцов, чтобы выманить твоего отца? – У меня уже голова ничего не соображала от усталости и переживаний, поэтому я ничего не ответила. – Дай мне спокойно обо всем подумать. Не накаляй!
С этими словами Кирилл вышел из моей спальни, оставив меня одну. Я взяла в руки записку и прочла ее еще раз.
Если я не могу обменять Никиту на папу, то я могу обменять его на себя. Когда Валид узнает наверняка, что я не располагаю информацией об отце, он, скорее всего, просто убьет меня. Но перед этим он расскажет мне, что связывало его с моей матерью, и зачем он убил ее и всех остальных. А потом я убью его. Хотя бы его одного! Пусть и ценой своей жизни, но я отомщу ему за все!
Без жертв не обойтись, но если кто и умрет, то пусть это буду я, а не Никита и тем более не Кирилл.
Поэтому я поеду одна. Глупо рисковать еще и Кириллом. Он вообще тут ни при чем. Это дела нашей семьи. Из-за этого Никита угодил в плен. Да и не верила я в то, что Уманский способен придумать что-то настолько гениальное, чтобы всех спасти. Он за ночь найдет Вакулу? Смешно. За три года не нашел, где он сейчас его наколдует? И даже если и найдет, каким-то чудом, где гарантии, что Валид отпустит Никиту?
Может быть мой план и полная хуйня, но хотя бы мы с Никитой умрем в один день, как настоящие влюбленные. А Кирилла мне надо отпустить. Он не заслужил ни смерти, ни страданий. И так настрадался уже из-за Вакулы и друга своего. И из-за меня тоже.
