Эйр идет дальше, в комнату, которая, видимо, принадлежала Мие. Для комнаты ребенка или подростка она слишком чисто убрана и аскетична. Обезличена. Или тут недавно провели полную уборку и все вынесли, ей сложно понять, какой вариант более вероятный. Здесь тоже нет никаких картин, плакатов или чего-то еще на стенах. На маленькой книжной полке выставлены учебники и словари. А еще старенький справочник по морской биологии, совсем такой же, как был у нее когда-то в детстве. Не задумываясь, она вытаскивает его с полки и начинает листать до раздела о китах, его она больше всего любила, когда была ребенком. И тут она замечает, что книга выдолблена изнутри, кто-то вырезал страницы. Внутри лежит подростковый журнал.
Она открывает его. Это фэнтези о гидре, существе с восемью головами. Она пролистывает страницы, держа их между большим и указательным пальцами. Гидра живет на болоте с какими-то другими тварями, типа гигантского крылатого краба и двуногого лиса в наморднике. Вместе они сражаются с семейством злобных кентавров. Облачившись в плащи, которые оделяют их сверхсилой, противники стремятся завладеть пещерой гидры и прибегают при этом к разным злокозненным методам. На последней странице поверженные кентавры лежат у входа в пещеру и, когда из нее выходит лис и срывает с них плащи, вместе с плащами спадает и их плоть.
Эйр ежится, кладет журнал обратно в углубление и ставит книгу на полку. Ее мобильный начинает вибрировать. Пропущенный вызов и голосовое сообщение от Санны. Прослушав его, она отыскивает в телефоне фотографию цепочки с тремя сердечками.
По пути на кухню она вдруг различает смех Лары. В ее голосе слышится легкость. Они с Бернардом ведут умиротворенную беседу за кухонным столом.
– Мы как раз говорили о том, что Лара знала Мари-Луиз Рооз, – поясняет Бернард с натянутой улыбкой, когда она входит к ним.
– Да, она была так добра к нам, – подхватывает Лара.
– Как вы познакомились? – спрашивает Эйр, опершись на кухонную раковину.
– Мы встретились на одном из заказов по уборке помещений, который выполняла моя фирма. Они были очень щедры, и она, и Франк.
– Да, мы это поняли, – произносит Эйр, – что они были щедрыми людьми.
Лара смотрит на свои руки, атмосфера опять переменилась.
– Вы убирались у них дома? – спрашивает Эйр. – В тот раз, когда вы впервые встретились, это было в их доме?
Лара вдруг начинает подергивать плечами. Она пытается распрямить их и отвести назад, чтобы взять под контроль начавшийся спазм. Бернард бросает на Эйр предупреждающий взгляд, но она его игнорирует.
– Простите, но я чувствую такую усталость… – произносит Лара.
– Вы узнаете этот предмет? – вновь задает вопрос Эйр.
Она вытаскивает фото цепочки с сердечками и держит его прямо перед Ларой. У той глаза наполняются слезами. Она протягивает к фотографии дрожащую руку.
– У Мии было такое украшение? – продолжает настаивать Эйр.
Лара начинает плакать. Потом кивает.
– Вы нашли его под водой? – шепотом спрашивает она.
– Думаю, нам надо прерваться на время, – произносит Бернард и бросает на Эйр пронзительный взгляд. – Может, спустишься прогреть машину?
Уже стоя в дверях кухни, Эйр вдруг вспоминает кое-что. Когда они с Санной сообщили Ларе о смерти Мии, она произнесла нечто необычное.
– Помните, я приходила к вам сюда несколько дней тому назад с моей коллегой, – говорит она, обернувшись к Ларе, – и мы рассказали вам о Мие… Вы тогда сказали, «только не
Взгляд Лары начинает лихорадочно бегать из сторону в сторону.
– Я так сказала?
– Да. Вы сказали, «только не
Губы Лары шевелятся, она что-то бормочет, словно разговаривает сама с собой.
– Что вы сказали? – спрашивает Эйр.
Ответа она не получает.
– Я не расслышала, что вы сказали.
Лара сидит, уставившись в стол, она вздыхает, и ее шея становится пунцовой.
– Она не была шлюхой, – ни с того ни с сего бормочет она.
Бернард встревоженно качает головой. Эйр делает глубокий вдох.
– Я не поняла, что вы…
Лара продолжает сидеть, уставившись в стол.
– Я сказала, что моя дочка не была
Голос звучит глухо. Эйр быстро обдумывает сказанное, взвешивает, что могло заставить Лару сказать такое, но никак не может понять. Ничто в ее вопросе не могло бросить ни малейшую тень на репутацию Мии.
– Простите, – произносит она вслух, – я совсем не хотела сказать…
Лара поднимает на нее глаза.
– Я так устала.
Эйр кивает. Бернард встает со своего стула и протягивает Ларе стакан воды. Руки у нее дрожат так сильно, что стакан потряхивает, когда она подносит его ко рту. Но губы сжаты, и вода течет мимо, по подбородку и по одежде. В замешательстве она начинает вытираться и стягивать свитер через голову. Свитер застрял и никак не хочет сниматься. Но она упорно пытается стащить его с себя и тянет все сильнее и сильнее.
А потом начинает визжать. Таким же нечленораздельным криком, как когда ей сообщили о смерти дочери. Но на этот раз он не стихает. Паническая атака.
