Я практически сношу бабушку, точно бульдозер, чтобы взять из корзинки карточку для заявки и зеленый карандаш. Жаль, я не могу посмотреть, какие ставки уже сделали другие люди: формат этого аукциона просто идиотский. Это тихий, секретный аукцион. Ставки попадают в ящик, кто-то просматривает их, находит наибольшее число, и так выявляют победителя.
– Это же не ракетостроение, – говорит Джой, ухмыляясь моей нерешительности.
– Следующая доступная запись в этот спа-центр в июле следующего года. В июле, Джой! Они бронируют билеты на год вперед. Это мой единственный шанс. Моя единственная возможность.
– У тебя проблемы.
Пока подруга нетерпеливо постукивает ногой, я мысленно подсчитываю, сколько может стоить этот пакет, а после удваиваю сумму. Затем вычеркиваю число и вместо него пишу утроенную сумму.
– Помолись за меня, – заявляю я, опуская карточку в коробку.
– Мне нужны новые друзья, – бурчит Джой, обращаясь к моей бабушке.
– Ле-е-еди и джентльмены, – гремит мужской голос со сцены в передней части зала. – Все внимание на сцену!
Шумный зал затихает, но лишь слегка. Большая часть официально одетых людей продолжает делать то, что делали, и игнорирует устроителей. В этом году прием ведут двое: бывший защитник «Пантер», чье имя я не расслышала, и ведущая новостей с местного телеканала, ее имя от меня тоже ускользнуло. Мы с Джой назвали их Большой Мальчик и Блонди, потому что он крупный, а она блондинка.
– Тихий аукцион завершен, – объявляет Большой Мальчик. – Наши замечательные сотрудники начнут подсчитывать ставки, и победители будут объявлены после аукциона холостяков. А пока – ешьте, пейте и веселитесь!
Блондинка встает рядом с ним на опасно высоких каблуках и кричит в микрофон.
– Давайте начинать! – Когда ее пронзительный голос эхом разносится по похожему на пещеру бальному залу, я замечаю, как бабушка морщится.
– С тобой все в порядке? – спрашиваю я, дотрагиваясь до ее руки.
– Немного устала, – признается бабуля. – И если быть откровенной, я не думаю, что мои барабанные перепонки выдержат, если я буду слушать эту женщину еще в течение часа.
– Ты хочешь уйти?
Помолчав, она кивает.
– Думаю, да. Ты не против взять такси до дома?
– Да, не проблема. Но ты уверена? Сейчас только восемь часов.
Бабушка одаривает меня своей чопорной улыбкой, в которой всегда присутствует нотка озорства.
– Я ведь появилась тут, дорогая. Никто не заметит, если я тихонько ускользну.
– Тогда я провожу тебя. – Я бросаю взгляд на Джой. – Встретимся за столиком.
– Спокойной ночи, миссис Таннер, – говорит Джой, наклоняясь, чтобы поцеловать бабушку в щеку.
– Спокойной ночи, дорогая.
Проводив бабушку, я возвращаюсь в зал, лавируя между столиками. В этом году в центре стоят массивные причудливые хрустальные чудовища с высокими перьями и веточками гипсофил. Кажется, они должны быть похожи на лебедей. Или лошадей. Даже не знаю, на кого конкретно, если честно. Возвышение, выступающее из сцены, предназначено служить подиумом для аукциона холостяков, и, проходя мимо него, я сдерживаю смех. Бедный Тейт. Я еще не видела его сегодня, поэтому предполагаю, что он забился куда-нибудь в угол.
Или он весело болтает с Джой, что я и обнаруживаю, когда подхожу к столику, который проспонсировала бабуля.
На Тейте темно-серый костюм, шерстяной пиджак восхитительно облегает его широкие плечи. Под ним белая рубашка, галстука нет, две верхние пуговицы расстегнуты. С чисто выбритым красивым лицом и уложенными золотистыми волосами он похож на одного из тех опрятных богатых мальчиков, которых ему нравится называть клонами.
– Кое-кто не пренебрег средством для волос, – поддразниваю я.
– Чертовски верно. – Голубые глаза скользят по моему платью. – Тебе очень идет этот цвет.
– Спасибо, – встревает Джой. – Я выбирала.
Я фыркаю.
– Ага. Джой заслуживает всяческих похвал. Ты готов к своему знаменательному моменту? – спрашиваю я Тейта.
Он быстро кивает.
– Прикрыл все тылы. Разработал план А и Б.
Я прищуриваюсь, глядя на него.
– И один из них я?
– О, определенно. Поверь, ни один парень не хочет выиграть свидание со своей матерью.
Эта фраза заставляет меня смеяться.
– Твоя мама здесь?
– Они с папой сидят вон там. – Он указывает на столик справа от сцены. – Она пообещала, что спасет положение, если ты кинешь меня. Эй, знаешь что, иди познакомься с ними.
– Что? – Я неловко переминаюсь с ноги на ногу, каблуки моих остроносых туфель-лодочек телесного цвета утопают в бордовом ковре. – Ой, в этом нет необходимости.
– Да давай, пойдем. Они были бы рады познакомиться с тобой. Я им о тебе рассказывал.
Я замечаю, как Джой бросает на меня взгляд, говорящий: «Он обсуждает тебя со своими родителями?»
Когда я отвечаю паническим взглядом, в котором написано: «Помогите», – она, как обычно, бросает меня в самое пекло.
– Я останусь здесь, – щебечет подруга, забирая бокал шампанского у одного из официантов. Затем делает глоток, озорно улыбаясь поверх края бокала. – Иди познакомься с его родителями, Кэсс.
