Тейт умоляюще смотрит на меня со сцены. Его показная улыбка никак не может скрыть агонию. Я салютую ему бокалом и делаю еще один изящный глоток.
– Одна тысяча долларов!
– Одиннадцать сотен!
– Кэсси, – предупреждает Джой.
– У меня есть стратегия, – настаиваю я. – Пусть они выдохнутся. Я так делаю со своими сестрами, когда они съели слишком много сахара.
– Тысяча двести! – произносит кто-то гнусавым голосом.
– Полторы тысячи. – Этот голос хриплый.
Оу. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на конкурентку, и приподнимаю бровь. Ладно. Это интересно. Та, что поставила больше всех на данный момент, – великолепная брюнетка, которая, похоже, не испытывает такой жажды, как остальные. Хотя ей явно под сорок. Так что теперь я в сомнениях. Тейт приказал мне не позволять ни одной хищнице победить. Но, может, именно эта милфа ему бы понравилась? Она сногсшибательна и не излучает никаких хищнических флюидов.
– Полторы тысячи раз…
Но я ведь и правда дала ему обещание.
– Полторы тысячи два…
– Кэсси, – шипит Джой.
Застигнутая врасплох, я выпаливаю первое число, которое приходит в голову, поскольку не следила за цифрами:
– Три тысячи!
Джой изумленно смотрит на меня.
– Блин, подруга. Было полторы. Ты только что удвоила.
– Три тысячи, – каркает Большой Мальчик. – Самая высокая ставка за вечер! Кое-кто прямо-таки мечтает полюбоваться звездами!
Фарра продолжает:
– Три тысячи раз, три тысячи два…
Горячая брюнетка в другом конце зала хранит молчание.
– Продан за три тысячи долларов рыжеволосой девушке в зеленом платье!
Тейт лучезарно улыбается мне.
Я подавляю вздох. Ладно уж. По крайней мере, это ради благого дела.
Глава 15
Кэсси
– Значит, теперь я могу тобой командовать? – спрашиваю я позже. – Например, до конца лета?
Тейт фыркает на этот вопрос. Мы спускаемся к причалу дома Джексонов, где вода тихо плещется о деревянные опоры, а в воздухе жужжат насекомые. Сейчас одиннадцать тридцать, и ночь тихая. Я в мини-платье, оставила туфли на лужайке. Он снял пиджак и закатал рукава рубашки.
– До конца лета? Мечтай.
– Я только что потратила на тебя три тысячи. Прояви ко мне хоть немного уважения, ты, неблагодарное отродье.
– Три тысячи из денег твоей бабушки.
– Которые я однажды унаследую. Ну, вместе с моими родственниками, но все же, – ворчу я себе под нос. – Так это все? Я ничего не получу от этой сделки? По крайней мере, ты должен будешь исполнять роль моего слуги по выходным или типа того. Знаешь, надевать крошечные плавки и подавать мне напитки, пока я нежусь у бассейна.
– Ты пожертвовала деньги на благое дело. Разве этого недостаточно?
– Нет!
Он закатывает глаза.
– Ладно. Вот что я тебе скажу. Я позволю тебе командовать мной до конца сегодняшнего вечера.
– Но я лягу спать примерно через час, – жалуюсь я.
– Тогда у тебя есть один час.
Я упираю руки в бока.
– Супер. Принеси нам чего-нибудь выпить. – Ух. Вот только приказывать кому-то не в моем характере, поэтому я быстро добавляю: – Пожалуйста?
Тейт запрокидывает голову и смеется.
– У тебя ужасно получается. Но тебе повезло – я уже в курсе ситуации с выпивкой. У меня для тебя сюрприз.
Это возбуждает мой интерес.
– Устраивайся поудобнее. Я сейчас вернусь.
Я опускаюсь на один из шезлонгов лицом к воде и поворачиваюсь, чтобы отрегулировать спинку. Этим вечером прекрасная погода, по ощущениям, на улице комнатная температура. Я вытягиваю ноги перед собой и закрываю глаза, просто наслаждаясь ночью. Шаги Тейта по деревянным доскам заставляют меня снова распахнуть их. Он появляется, держа в руках две бутылки шампанского.
Я задыхаюсь. Эта золотая этикетка мне знакома. Она была на дорогущих бутылках игристого, подававшихся сегодня вечером.
– Ты украл их из клуба? – требовательно спрашиваю я.
– О, еще как украл.
– Господи, да ты вор.
– Поверь, они в долгу передо мной за все те занятия по технике безопасности, на которые они заставляют меня ходить, не оплачивая сверхурочных.
– Я не могу пить украденную контрабанду.
– Можешь и будешь.
Он ставит бутылки на маленький столик между нашими шезлонгами, затем достает из кармана два тонких бокала, которые, должно быть, прихватил с кухни Гила Джексона. Взяв бутылку, Тейт снимает упаковку из золотой фольги с горлышка.
Как раз в тот момент, когда он собирается открыть пробку, я останавливаю его, громко вскрикивая.
– Не целься в воду!
– Могу нацелить тебе в лицо, – предлагает он.
Я показываю ему средний палец.
– Направь вон на ту траву. Но только не в воду. Что, если пробка упадет в залив, рыба съест ее и задохнется? Или черепаха? Боже, а что, если под этим причалом живет черепаха Киану Ривза, которая думает, будто мы ее кормим, а потом умирает…
– Ты никогда не заканчиваешь болтать, а, рыжик?
– Не называй меня рыжиком, Гейт.
Он тычет пальцем в мою сторону.
– Нет уж. Ни в коем случае. Это прозвище ко мне не привяжется.
– В чем дело, Гейт? – ласково спрашиваю я. – Кто-то дал тебе кличку, которая тебе не нравится?
– Еще раз назовешь меня так, и я убью черепаху прямо у тебя на глазах.
