– Знаю. Я же говорил.
Десять минут спустя аукцион холостяков в самом разгаре. Большой Мальчик стоит на блестящем подиуме во главе сцены и сжимает стопку визитных карточек, представляя первого холостяка.
– Дамы и господа, давайте тепло поприветствуем Морти!
На сцену выходит мужчина в смокинге, очках и красном галстуке-бабочке. Ему под шестьдесят, и он сияет заразительной улыбкой на весь зал. Старичок машет толпе и начинает расхаживать с важным видом.
– О, он очарователен, – восклицает Джой.
– Морти шестьдесят два года, он бухгалтер, разбирается в цифрах и любит соленые огурчики. И не просто есть их! А делать! В свободное время Морти маринует все, что попадется ему под руку. Свекла, перец, помидоры, персики, тыква, ревень – Фарра, ты знала, что ревень можно мариновать? Я – нет!
Точно. Блондинку зовут Фарра.
– Звучит аппетитно! – щебечет она в свой микрофон.
– Так что же, господа? Кто мечтает о свидании с Морти? Предложите высокую цену, и, возможно, этот мужчина что-нибудь для вас приготовит! Птичка на хвосте принесла, что весь его гараж уставлен рядами банок, полных маринованных деликатесов…
– Я передумала, – шепчет Джой. – Думаю, он может быть серийным убийцей.
– Банки, а?
– О да.
– Мы начнем торги с пятидесяти долларов.
Три руки взлетают вверх.
– Пятьдесят!
– Сотня.
– Сто пятьдесят!
Не успеваем мы и глазом моргнуть, как Морти-мариновальщик уходит за шестьсот долларов.
– Это примерно на пятьсот пятьдесят долларов больше, чем я думала, за него отдадут, – шепчет мне Джой, и мы чуть не падаем со смеху. Шампанское на этом мероприятии льется рекой, и пусть я выпила только первый бокал, но уже чувствую легкий хмель.
Следующий холостяк – серебристый лис[18], который выходит из-за черного бархатного занавеса и тут же вызывает ропот в толпе.
– Черт возьми. Привет, папочка, – воркует Джой.
– О, это отвратительно. Не говори так.
– Да ладно, не притворяйся, будто ты бы не приударила за таким.
Я изучаю его. На нем белая льняная рубашка, отлично отглаженные серые брюки и парусиновые туфли. Щеголяет глубоким летним загаром. Он высокий, красивый, и, когда выясняется, что он управляет хедж-фондом[19], дамы начинают наперебой предлагать ставки.
Блонди Фарра едва успевает назвать его должность, как женщина кричит:
– Пятьсот!
– Шестьсот!
– Семь сотен!
– Восемь с половиной!
Джой оглядывается.
– Одолжишь немного бабушкиных денег?
Я толкаю ее локтем.
– Ни в коем случае. Ты буквально только что снова сошлась с Исайей.
– Ах да. Черт. Я забыла.
После того как лис уходит за целых полторы тысячи, на сцену выплывают еще несколько холостяков. Владелец пивоварни «Хороший мальчик». Дрессировщик собак. Два официанта из клубного ресторана, затем один из инструкторов по гольфу. К счастью, не Лоренцо.
Когда выходит друг Тейта, Дэнни, выигрышная ставка за привлекательного рыженького паренька составляет ошеломляющие две тысячи триста долларов. Если такова текущая цена за горячих инструкторов по парусному спорту, это не сулит Тейту ничего хорошего.
Улыбка Дэнни кажется вымученной, когда он уходит со сцены, чтобы поприветствовать свою спутницу. От пары не требуется никуда идти сегодня вечером, однако поздороваться с дамой, которая тебя «купила», все же необходимо. Пальцы женщины мгновенно обхватывают бицепс Дэнни, и она нетерпеливо смотрит на него снизу вверх. Теперь я понимаю, почему Тейт так волновался. Сегодня вечером в этом зале много голодных женщин.
– Наш следующий холостяк – Тейт! – объявляет Фарра.
– Ну, началось, – говорю я.
Тейт появляется на сцене, его руки свободно покоятся на шлевках для ремня. Размашистым шагом он пересекает дорожку, светлые волосы блестят в свете направленных на него прожекторов.
– Тейт – заядлый моряк, работающий сразу в двух местах: яхт-клубе и в «Пристанях Бартлеттов», крупнейшем магазине по продаже лодок в Авалон-Бэй.
– Да-а-а-а! – раздается громкий голос, в котором я узнаю Гэвина Бартлетта.
– Он обожает воду и любить бывать на ней доступным ему способом. Когда он не на лодке, вы можете найти его, занимающимся серфингом.
Тейт доходит до конца дорожки и останавливается, чтобы принять привлекательную позу. Он выискивает мое лицо в толпе и подмигивает, а после поворачивается обратно.
– Этот золотой мальчик в глубине души романтик. Он любит наслаждаться долгими прогулками по пляжу и созерцанием звезд с кем-то особенным.
Мои глаза физически не могут закатиться еще сильнее. Интересно, он сам это написал?
Фарра мечтательно вздыхает, когда Тейт возвращается, чтобы встать рядом с ней на подиуме.
– О, медвежонок, я бы любовалась звездами вместе с тобой в любой день.
– Фарра, – окликает ее Большой Мальчик в попытке вывести девушку из задумчивости.
Она моргает.
– Точно. Мы начинаем торги с…
– Пятьсот, – тут же выкрикивает кто-то.
Джой выхватывает бокал у меня из рук прежде, чем я успеваю выпить.
– Сосредоточься. Время блистать.
Возвращаю бокал на место.
– Я выжидаю. Не могу показаться слишком нетерпеливой. – Я улыбаюсь, отпивая глоток шампанского. – К тому же хочу заставить его поволноваться.
– Злобная сучка.
– Шестьсот!
– Восемьсот!
– Девятьсот пятьдесят!
