И чем ближе Хэтти подбиралась к линии, тем сильнее та ее отталкивала.
Бесполезно, Хэтти застряла в кругу. Задыхаясь, она обернулась и увидела, что Кровавый Пес ее уже не преследует. Сидит на задних лапах и ждет.
Над зловещими белыми деревьями снова поднялся смех.
Повернувшись спиной к Не-Лесу, Хэтти двинулась по кругу. Она изо всех сил гнала страх прочь. «Думай. Должен быть выход. Способ одолеть монстра».
Кровавый Пес снова, покачиваясь, поднялся на ноги и приготовился к атаке.
Сейчас двигался он не так, как тогда в коридоре. Гораздо медленнее. Если не сказать лениво. Должно быть, тела замедляли его, раскачивая центр тяжести.
Значит, Хэтти быстрее противника. Это уже кое-что. Она покрепче сжала рукоять ножа обеими руками. Но ведь Пса колоть нельзя? Его плоть растянулась, сделалась тонкой, а внутри были заключены ее близкие. Вдруг Хэтти заденет Джонатана? Или папу?
Туша Кровавого Пса занимала всю арену, и Хэтти посетила мысль, от которой сжался желудок: бегать там, где убегать некуда, смысла нет.
Собакоголовый снова кинулся на нее, вложив в бросок весь свой вес. Хэтти хотела уклониться, но запнулась о торчащий из земли камень и рухнула ничком на твердую почву.
Броня приняла на себя удар от падения, но чудовище уже настигло Хэтти. Огромная лапа перевернула ее на спину, другая ударила по нагруднику с силой товарного поезда.
Броня загудела, и Хэтти ахнула, свернувшись и пытаясь уползти, но Кровавый Пес крепко прижимал ее к земле.
Над Не-Лесом поднялись вой и улюлюканье.
Чудовище принялось рвать доспехи когтями, пока дерево со стоном не прогнулось, впиваясь в тело Хэтти. Она застонала. Попыталась взмахнуть ножом, но не смогла пошевелить рукой, на которой сама же и лежала.
Монстр готовился раздавить ее на месте.
Как яйцо.
Хэтти испугалась. Испугалась как никогда в жизни.
Так вот же он, ответ! Хэтти закрыла глаза и высвободила свой страх, загоняя его, как электрический ток, в доспехи. Дерево ответило мгновенно, и она отдала ему приказ, заставляя принять новую форму. Сделала его острым и твердым. Сломала и расщепила, покрыв смертоносными шипами.
Кровавый Пес залаял, поранившись о колючее дерево. Его хватка ослабла, и тогда Хэтти уперлась ногами в землю и оттолкнулась, пропоров шипами лапу псоглавой твари. Пес взвыл и отдернул лапу, а Хэтти, хватая ртом воздух, с трудом встала на ноги.
Кровь у нее в жилах кипела. Один раз она ранила чудовище, а значит, сможет и еще. У нее есть шанс.
Может быть, всего один, но она им воспользуется.
У всякого чудовища есть слабое место. Даже у троллей. Так всегда говорил Джонатан. Прежде Хэтти его толком не слушала, но вот сейчас присмотрелась к Кровавому Псу, к его искаженной от боли морде и увидела ее, эту слабость. Единственную уязвимую часть монстра.
Кровавый Пес дико взревел, да так, что закачались ветки не-деревьев.
Потом снова кинулся на Хэтти, широко разинув похожую на пещеру пасть, словно намеревался откусить Хэтти голову.
Но та стояла на месте ровно, подавив все инстинкты, требовавшие бежать.
И лишь в самый последний миг, перед тем, как челюсти готовы уже были сомкнуться на ее шее, она вскинула нож и с яростью вогнала его Кровавому Псу в глотку.
Хэтти ожидала сопротивления, но клинок вошел мягко, как в воду. Через него в руку проник обжигающий холод, и она едва не выпустила нож.
Едва.
Монстр замер. Воздух всколыхнулся от тревоги. Казалось, обитатели Не-Леса затаили дыхание.
А потом, издав призрачный вой, от которого задрожал клинок и все тело Хэтти, Кровавый Пес развалился на части.
Наружу вырвались клубы красного дыма. Монстра как будто перестало что-либо сдерживать и скреплять. Он сделался бесформенным – облаком, которое за секунды растворилось в воздухе.
На землю неуклюже, безвольно посыпались тела.
Хэтти пошатнулась и упала на колено, заслоняясь рукой.
Потом, когда она моргнула и снова открыла глаза, Кровавого Пса уже не стало. Над ней было только черное небо, а вокруг, среди не-деревьев, таяли последние клочки красного дыма.
На опушке потемнело. Теперь единственными источниками света были болезненно-желтая луна да тусклое сияние оранжевого круга на земле. Однако Хэтти все равно узнала силуэты друзей и близких. Они лежали на земле, а к их телам, точно лохмотья, цеплялись последние щупальца красного дыма. Бабуля – ее знакомые «Мартинсы» торчали из травы. Папа – его белоснежный воротничок, покрытый красными пятнами. Эллиот – как поваленная статуя. Сунита, Магнус, Джонатан.
Живы ли они? Они не двигались, по крайней мере пока что, зато освободились из утробы Кровавого Пса.
Хэтти справилась. Победила чудовище. Совсем как мама.
А потом до нее, шуршанием опавших листьев, долетел голос Пустой Королевы:
– О, дорогая Хэтти. Думаешь, ты победила?
Она обернулась, и кровь у нее в жилах заледенела.
