Девочки в огне полностью

– Давай я позвоню твоей матери, – предложил он. – Поговори с ней о случившемся. Что бы там ни произошло.

– Нет! Пожалуйста.

– Ладно, ладно. – Может, не сиди мы в тот момент на улице, у всех на виду, он похлопал бы меня по спине, как обычно и делают папы. – Давай пойдем в дом. Я позвоню Джулии. Она знает, что делать.

– Вашей жене? Которая меня ненавидит?

– Вовсе она не…

– Декс запрещено со мной общаться, забыли?

– Она тогда расстроилась, – пробормотал он. – Потом остынет.

– Ага, как же, сразу остынет, как только увидит своего мужа в компании главной городской шлюхи.

– Не называй себя так.

– Вы знаете, что я имею в виду.

– Лэйси…

– Признайте, ваша жена меня ненавидит. И это при том, что она еще не знает про вас.

– Чего не знает?

– Вот этого. – Как будто надо все разжевывать!

– Лэйси.

– Джимми. – Я произнесла его имя тем же тоном, каким он произнес мое, укоризненно и покровительственно.

– Чем мы тут, по-твоему, занимаемся, Лэйси?

Я фыркнула.

– Лэйси, мама Декс сама предложила мне познакомиться с тобой получше. Ей показалось, что тебе не помешает…

– Что? Новый папуля? Хороший трах?

Он откашлялся.

– Человек, с которым можно поговорить.

Тут я вскочила. Да пошел он, пошли они, пошли вы все – степенные, благопристойные, самодовольные лицемеры, которые та-а-ак гордятся своим милосердием к несчастненьким ублюдкам.

– Значит, это она вас втянула? Небось подкупила? И скольких минетов стоит час беседы со мной?

– Пожалуйста, прекрати, Лэйси. Хватит орать. Сядь.

Теперь он решил изобразить ответственного взрослого. Будто его волновало что-нибудь другое, кроме любопытных соседей, которые могли нас услышать. Когда я отказалась выполнить команду «сидеть», как послушная маленькая собачонка, он тоже встал, но не мог смотреть мне в глаза после такого, после того как проговорился, признал, что я идиотка, что я вроде как его домашняя обязанность, способ отвертеться от прочистки водостоков.

Он врал мне, но вот что я тебе скажу, Декс. В той же мере он врал и самому себе, если считал, что всего лишь выполняет поручение жены.

Я решила, что не помешает открыть ему глаза. Да и соседям тоже.

– Пожалуй, Джимми, пора попрощаться, – сказала я.

– Слушай, пусть я не слишком хорошо разбираюсь в таких вещах, но если ты хотя бы зайдешь в дом…

– Попрощаться можно и здесь, без проблем. – И когда я раскрыла объятия и он шагнул ко мне, я положила руки ему на плечи, встала на цыпочки, запрокинула голову и поцеловала его.

Мне плевать, что он оттолкнул меня, что не сказал ни слова, только покачал головой и ушел в дом, что, едва увидев наконец настоящую меня, тут сбежал и заперся на все засовы: отец и должен оберегать семью от чудовищ. На все это мне глубоко плевать, а вот тебе, возможно, и нет: знаешь, что он сделал в самую первую очередь? Перед тем как вспомнил, кто он такой и как обязан себя вести? Он тоже меня поцеловал.

Я приехала за тобой.

Я приехала, чтобы забрать тебя с собой и увезти, потому что не могла вернуться домой, а теперь, когда все так закончилось, я и тебе не могла позволить вернуться домой.

Я не собиралась ехать без тебя.

Таков был план, помнишь? Уехать – и уехать вместе.

Вот так: мы против всего мира, мы против них. Мы. Две половинки целого. Сиамские близнецы, но без физического уродства, один разум и одна душа на двоих.

Я собиралась все тебе рассказать. Когда мы будем в безопасности, в пути, и прошлое останется скрежетать зубами у нас за спиной. Когда мы уедем далеко-далеко и наступит завтра. Я рассказала бы тебе свою историю, потому что ты выбрала меня, выбрала нас, и тебе можно доверить правду.

Ты оказалась не готова.

Ты это доказала со всей очевидностью.

Возможно, не стоило бросать тебя там одну. Определенно не стоило бросать тебя одну в таком месте, на вражеской территории, где все перепились и некуда спрятаться, не стоило думать, что ты знаешь свою норму, ведь именно я все дорогу удерживала тебя, сдерживала, придерживала тебе волосы и убирала за тобой блевотину, и делала вид, что ты сама умеешь за себя постоять. Возможно, не стоило бросать тебя там одну. Но тогда не надо было меня гнать.

Девочка встречает девочку, девочка любит девочку, девочка спасает девочку. Это наша история, Декс. Единственная история, которая имеет значение.

Вот наша история: та ночь в «Звере», до того как ты совсем окосела, когда мы отдались во власть колыхавшейся толпы и нас качала на своих волнах любовь незнакомых людей. Безоговорочная любовь, пульсирующая в такт музыке, волна, которая поднимает ввысь вне зависимости от того, кто ты такой. Океану не важно. Океан просто хочет хлынуть на берег, а потом унести тебя обратно, в глубину. Мы можем быть кем угодно. Мы можем оставаться сами собой – два тела, один разум.

Вот наша история: я нужна тебе, чтобы раскрепоститься. А ты нужна мне. Потому что ты верная, честная и хорошая, и все это получается у тебя само собой. Потому что ты делаешь выводы и проводишь границы. Ты моя совесть, Декс, а я – твое удостоверение личности. Порознь мы бесполезны. Мы имеем смысл только вместе.