Девочки в огне полностью

– Ублюдка чуть удар не хватил, – сообщила она.

Лэйси села на кровать. Я опустилась на пол, скрестив ноги, рядом с тем местом, где она раньше хранила кассеты. Они тоже исчезли. Все, что осталось, Лэйси теперь хранила в машине. Несколько пленок в бардачке, все остальное – в коробке в багажнике.

– Никогда не знаешь, когда понадобится быстро слинять.

Я думала, мы куда-нибудь поедем; мы всегда катались. Но Лэйси заявила, что хочет мне что-то показать. И многое рассказать.

Она улыбнулась фальшивой улыбкой Лэйси.

– Ну как там торговый центр?

– Отлично. Ты же знаешь. Магазины.

– Я знаю, что ты ездила с Никки Драммонд, – сообщила она.

– Ты за мной следила?

– Паранойя? Видишь ли, ты не единственная, с кем я общаюсь. Слухи ходят. А ты, как я заметила, их не отрицаешь.

– Нет, не отрицаю.

– Ну так что? Вы теперь подружки или типа того?

Я пожала плечами.

– Ну, официально вы, видимо, не дружите, – продолжала Лэйси. – Ни на публике, ни в школе, где вас могут увидеть.

Я не ответила, но ответ и не требовался. Как только мы обе поняли, что она выиграла, на лице у нее появилась настоящая улыбка. Но очень быстро исчезла.

– Прости, – сказала она, а ведь она никогда не извинялась. – Я слышала и кое-что другое. Про ту вечеринку в конце весны…

– Фигня, – быстро ответила я.

– Знаешь, мне все равно, что ты натворила, Декс.

– Я ничего не натворила. Все кругом врут.

– Ладно… Но если кто-то навредил тебе, мы можем все исправить. Мы…

– Если кто-то навредил мне, не понимаю, каким боком это касается тебя.

– Что случилось? Что она тебе наплела? – спросила Лэйси.

– Кто?

– Сама знаешь кто. Эта сука. Никки. Она тебе что-то про меня наплела. Вот в чем дело.

– Нет, Лэйси. Никакого заговора нет.

– Что бы она ни сказала, я все могу объяснить.

А вот этого говорить не стоило; уж очень ее слова смахивали на признание.

– Валяй. Объясняй.

– Сначала расскажи, что она тебе наплела.

– Может, скажешь, что она, по-твоему, могла мне наплести. А еще лучше – сразу правду.

– Слова, Декс. – Она попыталась еще раз улыбнуться. Я даже не пыталась. – Их сложно подобрать.

– Пока не слишком получается. – Я могла бы уйти – но не сумела. «Исправь все, – мысленно внушала я ей. – Пока не поздно».

– Она использует тебя, чтобы добраться до меня, – сказала Лэйси. – Ты ведь понимаешь, правда? Скажи, по крайней мере, что понимаешь.

– Ты так говоришь, потому что такие, как она, никогда не захотят по-настоящему подружиться с такой, как я? Мне на роду написано быть пешкой.

– Ты не при чем, дело в ней! Вот чем она занимается: манипулирует. Люди вроде Никки так видят мир.

– Верно. Люди вроде Никки.

– Про меня думай, что хочешь, Декс, но обещай, что не станешь верить ей. Или тебе достанется. Опять. Лишь бы уязвить меня.

– А зачем, Лэйси? Зачем ей столько суетиться, лишь бы уязвить тебя?

Мне понадобилось немало времени, прежде чем я поняла, что на лице у нее, которое стало совсем чужим, застыл ужас.

– Я не могу рассказать.

– Ты всегда считала меня такой дурой?

– Может, просто поверишь мне на слово, Декс? Пожалуйста.

Так было бы намного проще – и я поверила. Попыталась.

– Понятно, – сказала она, как будто действительно поняла. И страдала. – Однако же ей ты можешь доверять. Между мной и ею ты выбираешь ее.

Я напомнила себе, что она не по своей вине оставила меня, когда я в ней нуждалась. Что она вылепила меня из сырой глины, а своего создателя надлежит почитать. Мы Декс-и-Лэйси, Лэйси-и-Декс, и должны быть выше ультиматумов. Я не знала, как объяснить, что мне и не приходилось доверять Никки, чем она меня и привлекала. Она не требовала ей верить. Она ничего не требовала.

– Ревновать глупо, – сказала я.

– Ревновать? – Лэйси внезапно разозлилась; она вся кипела. – Кого ревновать? Ее? Тебя? Ты вообще понимаешь, какую честь я тебе оказала, Декс, превратив тебя из ничего во что-то? Пожелай я заняться благотворительностью, я бы уехала и стала бы читать старушкам или вступила бы в гребаный Корпус мира, но ведь нет же. Я выбрала тебя. А ты? Ты выбрала сраный торговый центр?

Это она научила меня, что слова имеют значение, они заклинания, обладающие волшебной силой и способные создавать миры. А потом разрушать их.

– Я ухожу, Лэйси.

– Забудь, что я сказала, не надо было мне кипятиться, – торопливо проговорила она. – Эта сучка ничего не значит. А ты значишь, Декс. Ты и я, как раньше. Больше мне ничего не надо. Нам обеим больше ничего не надо, помнишь? Просто скажи, что мне сделать.

«Скажи мне, что делать». Это была власть.

Я не могла ответить: «Отвали».

Я не могла ответить: «Это ты скажи мне, что делать, будь той, кем была, чтобы я могла быть той, кого ты сотворила».

Где-то внизу открылась и громко захлопнулась входная дверь. Заорал ребенок, мать Лэйси визгливо выкрикнула ее имя; чары рассеялись.

– Я ухожу, Лэйси, – повторила я. – Пора.

– Ага.

Я больше не нуждалась в ее разрешении.

Я не думала, что все кончено.

А может, думала.