— Пойдём, домой Игорь. Как был он ничтожеством с самомнением на два размера больше него, таким и остался. Эту проблему мы решили. Теперь осталось запечатать проход, который, как утверждал покойный, ведёт в мир магии. Рано нам ещё такое знать. Слишком многие могут не выдержать искушения и забыть, что они сначала наделённые душой люди и отвечают перед совестью и Богом, а лишь потом — всё остальное. Нет, обладание такой силой для всех плохо может закончиться.
— Согласен.
Туман рассеялся, мы снова оказались в подвале заброшенной больницы. Теперь уже не скрываясь, зажгли два ярких фонаря. Кристиан деловито упаковывал в мешок остатки Эриха. После удара чёрной молнии аура и что там к ней прилагается, были стёрты, он был точно мёртв, а куски тела ссохлись и частично мумифицировались. Но лучше собрать, сжечь, а пепел развеять в разных местах. Так будет намного спокойнее. Я же достал телефон, чтобы позвонить Яковлеву. Сообщить — всё получилось, ну и пусть присылает группу зачистки. Хотя уж не знаю, как он всё будет формально объяснять. Трупы сатанистов-то понятно, порезали друг друга во время ритуала. А вот сплавившийся с бетонным полом нож и частично оплавленный алтарь-верстак?
Неожиданно Кристиан сказал:
— Всё-таки самый страшный из смертных грехов — это Жадность. Особенно когда за ним вместе идут Лень и Зависть.
— Это ты про Феклу? Там скорее уныние…
Кристиан немного резко возразил:
— В греческом варианте текста Библии сказано именно про Зависть. На самом деле оба подручных Эриха — похожи, я ведь наблюдал за этой Феклой, наслышан про Марека, а в людях кое-что понимаю. Марек хотел многого, завидовал чужому успеху, но сам был слишком ленив идти по трудному пути, стараясь, больно падая от неудач и поднимаясь. Потому и согласился на дорогу, которая обещала ему всё без усилий, даже если ценой станут чужие жизни. Фекла на самом деле — такая же. Она ведь не могла не замечать странностей за своим парнем, но предпочитала не видеть. И вовсе не из-за любви, ей льстило, что он в итоге принадлежит ей. Если до этого она всегда была в тени своих подруг Оли и Вики, то сейчас всех обошла. Собственное величие тайны и обладание властью над Мареком, которому был нужен кто-то рядом, хваливший его добровольно, а не под ментальным принуждением. И второй раз она ввязалась именно что из зависти, но уже к Алисе. Вдобавок снова всем доказать, что она — лучше, потому что права там, где все ошибались.
Наверное, стоило возразить… Но я неожиданно вспомнил, с какой настойчивостью в Новый год Марек пытался напасть и изнасиловать именно Олю, хотя вокруг была уйма других, более простых и удобных жертв. И ему в принципе было всё равно, кого насиловать и от кого получать эманации боли. Потому сказал:
— De mortuis nil nisi bonum.
— О мёртвых хорошо или ничего, — перевёл Кристиан. — Но мне больше нравится вариант, который недавно придумали у вас в России: — О мёртвых хорошо или ничего, кроме правды.
Земля скрылась в дымке под крылом самолёта, и поначалу всё было очень красиво: похожие на траву леса, линии дорог, квадратики полей и игрушечные домики посёлков. Но вскоре поверхность затянули облака, земля скрылась под гладью белого пенного моря. И насколько я успел глянуть прогноз погоды, облачный фронт мы обгоним, но лишь ближе к Москве. А лететь нам до Домодедово ещё почти три часа… Я аж невольно затрепетал от скорой встречи аэропортом, где начинаются пути, связывающие столицу с самыми дальними уголками страны и земного шара — и где закончится наше долгое летнее путешествие.
Алиса ещё некоторое время смотрела в иллюминатор, но дальше белая однообразная пустыня ей надоела, и она устроилась спать. Мне же сон не шёл. Наверное — это реакция на то, что за эту поездку мы смогли сделать так много. Для Алисы самое главное — она стала официально моей женой… Никак ещё к этому не привыкну, после стольких десятилетий холостой жизни, когда уверен, что так и будет до самого конца. Для меня же было самым важным, что, помимо всего прочего, Алиса смогла нормально пройти свою первую охоту.
Особой срочности в этом не было, запаса, выпитого из Марека, а потом ещё и того, чего я наглотался во вне-временном кармане, должно было хватить чуть ли не до конца года. Но именно поэтому мы и решили: если чего-то в первый раз пойдёт не так, то нет риска от нехватки энергии свалиться в неконтролируемую жажду. Из тех же соображений «первого раза» и жертву выбрали с проблемами попроще. Спасибо Кристиану с его идеей. Молодой парень, затюканный очень властной мамой, старавшейся во всём контролировать великовозрастного дитятку. Парень в принципе неплохой, с головой и руками, но любая девушка после первого же знакомства с его мамочкой мгновенно из жизни парня исчезала с концами. А молодое естество требовало, вот он втихаря от матери и ходил в ночные клубы, пытаясь там познакомиться с какой-нибудь девушкой поближе хоть на одну ночь.
