Что интересно, смотреть на нас с Кристианом Ростовцев пришёл в компании плотного и наполовину седого мужика. Видимо, какой-то специалист по военному делу или безопасности, не знаю уж, чего хозяин дома ему наплёл. Мы же переоделись в спортивную форму, взяли два шеста. Обговорили условия, как считать тот или иной удар. И начали.
К моему огромному удивлению, первый натиск я отразил, и не сказать, что сильно с трудом. Да, на стороне Кристиана был опыт веков и опыт ландскнехта. Но зато он по большому счёту самоучка, а меня с первого дня учили очень профессионально и по определённой целостной системе боя. Для немца это тоже оказалось сюрпризом, а проигрывать бывший ландскнехт категорически не любил. Потому взял и чуть ускорился, самую малость добавив магической энергии в мышцы и нервы так, чтобы стать слегка быстрее физических возможностей человека… Да вот я тоже так умею, и меня тоже разобрал азарт!
Укол в грудь — я отбил атаку и перехватил шест за самый конец, чтобы, используя массу и инерцию тела на усиление, нанести сильный рубящий удар. Кристиан не мог от него уйти, не успевал… и всё равно я промахнулся. И сразу же ответный удар сверху вниз, которого я совсем не ожидал. Я больно получил в плечо, будь у Кристаина настоящий меч — он бы меня располовинил. Но как? Он словно знал заранее мои действия… Ах вот как⁈ Ну что же, сам говорил Алисе про идею, как использовать предвидение в обычной жизни? Не один я такой умный. Хотя и не пробовал использовать его в рукопашной, больше для стрельбы. Ничего, будем учиться на ходу. Я пропустил ещё удар по бедру. Дальше поймал ритм. Поймал Кристиана на встречной атаке, и пока он слишком увлёкся, просчитал удар ему в грудь. Ага, тоже удивлён⁈
Ещё несколько минут мы с азартом дрались, пытаясь угадать, когда противник использует предвидение, чтобы уйти и просчитать свою атаку. Получали и пропускали удары. Наконец, оба почувствовали усталость, и физическую, и магическую. Дальше спарринг начнёт высасывать из нас энергию. Так что, не сговариваясь, разорвали дистанцию и остановили поединок. В знак признания умений соперника поклонились друг другу. Причём мне понравилось, что Кристиан смотрел на меня сейчас куда уважительнее, чем раньше. В его глазах я явно подрос в статусе.
И только тут я понял, с каким оторопелым видом на нас глядят оба зрителя. Аж дар речи потеряли. Седой, взяв себя в руки первым, сказал:
— Э-э-э… Игорь Данилович, герр Вебер, если я забуду — напомните мне, пожалуйста, с вами никогда не ссориться. Скажите, а из пистолета вы также стрелять умеете?
— Да нет, — смутился я. — С огнестрельным оружием похуже. Из винтовки ещё… ну сопоставимо, наверное. Нас ведь всё-таки изначально тренировали драться с холодным оружием, пистолет в наших делах бесполезен.
А про себя мысленно подумал: в режим усиления мышц я сегодня вошёл на удивление легко, да и расход энергии заметно меньше, чем раньше. Так на меня действуют последние события? Стоит тревожиться насчёт усиления магической компоненты в организме? Или наоборот — это естественная эволюция с возрастом, тот же Кристиан пользуется и не переживает.
— Даже если с огнестрельным вы обращаетесь вполовину хуже, — помотал головой седой, — тогда точно мне напоминайте с вами никогда не ссориться. А ведь я до этого считал себя вроде бы очень неплохим рукопашником. Спасибо, теперь буду знать, что такое на самом деле «неплохо».
— Ну что же, Игорь Данилович, — подвёл итог Ростовцев. — Вы меня убедили.
Ритуалы того вида, который собиралась провести Фекла, были строго привязаны по времени к астрономическим полуночи или полудню, так что мы особо не беспокоились. За девушкой плотно и независимо друг от друга приглядывали люди Мансура Ахматовича и сотрудники полиции. При этом все хорошие профессионалы, Фекла ничего не подозревала. Поэтому когда через несколько дней нам сообщили — цель пропала из поля зрения — мы, не торопясь, предупредили Ростовцева, и сами подъехали к месту, где Феклу видели последний раз.
Был душный летний вечер, на улицах горели фонари, гудели проезжавшие автомобили, зажигались зелёные и красные огни на перекрёстках. Я же испытывая странное чувство: а ведь впервые прикасаемся к настоящей магии. Не тем реликтам и осколкам прошлого, не к поделкам и мелочам, которые я мастерил — а к настоящей, древней магии. И неважно, как и откуда она взялась. Вот сейчас я неожиданно понял слова Кристиана, дескать, зря думают, что война — это естественная среда демона крови. Я вот осколок той самой магической эпохи, вынужден испытывать проблемы и неудобства нашего мира, но тоже не желаю возврата прежнего мира.
