Вопрос рассмешил меня. Разве похожа я, худощавого телосложения девушка, на человека, который имел дело со сталью?
Я неуклюже махнула древком из стороны в сторону, и Ван Торн прыснул:
– Не знаю, почему я надеялся, что дела будут не так плохи.
Он прошел в другой конец зала и поднял стоявший в углу деревянный меч.
Его длина и внушительные размеры казались огромными на фоне того, что я держала в руках. Ван Торн поднял деревянное подобие меча двумя пальцами, затем перехватил полностью ладонью и закрутил несколько финтов. Такой меч мог быть двуручным, но мужчина без труда подбрасывал оружие в одной ладони.
– Для начала нужно выучить стойку. – Он откинул волосы со лба. – Необходимо занять правильное положение относительно противника.
Ван Торн описал вокруг меня небольшой полукруг и, остановившись за спиной, поднял мои руки, держа их своими. В душе затеплилось странное ощущение, которое я не могла облечь в слова. Ван Торн разговаривал со мной мягко, его тон успокаивал, но в то же время поучал. Так разговаривали со своими детьми настоящие отцы.
Ван Торн осторожно развернул мой корпус и показал, в каком положении должны быть ступни. Я повторяла все в точности, процесс увлекал.
– Не прирастай ногами к полу, – наставлял Ван Торн, – противник всегда находится в движении, ищет уязвимое место, ты же должна предвидеть каждый его шаг, стараться разгадать, что он сделает в следующий момент, чтобы предупредить и обезоружить. Или убить, в зависимости от ситуации. Меня ты убить сегодня не сможешь, – по крайней мере, я надеюсь, что не до такой степени надоем, чтобы ты попыталась это сделать.
Ван Торн походил на Тора, скандинавского бога грома: мощный, высокий мужчина с растрепанными, взмокшими от пота волосами. Размах его рук восхищал, но каждое движение могучего тела было сродни непринужденному балетному па.
Моя поступь отличалась тяжестью и неуклюжестью. Я старалась повторять за учителем, но получалось откровенно плохо. Усталость быстро настигла, мышцы заныли в тех местах, о существовании которых я даже не подозревала. Все тело натянулось как струна, я старалась не зажиматься, расслабиться, но чувствовала себя такой же деревянной, как меч в моей руке.
Ван Торн терпеливо объяснял тонкости маневрирования, сглаживал углы, когда я почти что выходила из себя и готова была взорваться и бросить клинок на пол. Впервые я давала волю раздражению и агрессии. Ван Торн умело выводил на эмоции, а затем так же искусно позволял им сходить на нет.
Я следовала его указаниям и спустя час смогла двигаться более свободно. Он не показывал ни приемы атаки или контратаки, ни финтов, ни выпадов, ни блоков. Все, что я делала, – маневрировала. Уходила от него и возвращалась, все время держа клинок наготове, стараясь не изменять боевую стойку и не позволять мечу тянуть меня к полу.
Как я и ожидала, плечи заныли, а рука отваливалась. Хотя Ван Торн не вступал со мной даже в легкую схватку, лишь учил плавно и аккуратно перемещаться в пространстве, пот катился градом. Едкие, соленые капли стекали по лбу и попадали в глаза, волосы прилипли к шее и спине, рубашка взмокла, пиджак давно лежал в углу зала.
Отсутствие должной физической подготовки давало о себе знать. Дыхание сбилось, пальцы скользили. Я изо всех сил напрягала едва повиновавшиеся мышцы, но спустя полтора часа обессиленно опустила игрушечное деревянное оружие и без слов поплелась к скамейке.
– Твоя физическая форма оставляет желать лучшего, – заметил Ван Торн, аккуратно ставя меч в угол. – Сегодня мы изучили лишь маневрирование, но ты должна освоить приемы нападения: выпады, батманы, захват, а также защиту.
Я скривилась. И без напоминаний я могла оценить свои способности, они были хуже некуда. Подавив тяжелый вздох, я уставилась на раскрасневшиеся пальцы, неспособные ни призывать магию, ни сносно управляться с мечом.
– Но я должен сказать, что в тебе есть определенные задатки. – Ван Торн вытер руки о серую холщовую тряпку, обнаружившуюся на уголке скамьи.
Он присел рядом и, расслабленно сложив руки на коленях, откинулся назад, прислонившись спиной к стене.
– Тренируйся каждый день. Даже если кажется, что не получается, ты не должна сдаваться. Достигнуть успеха в этом деле или любом другом можно ровно настолько, насколько будешь готова вложить усилия. Любой результат – это следствие долгих тренировок. Если мы будем заниматься каждый день, утром и вечером, то ты сможешь сносно орудовать мечом, это я тебе говорю как человек, подготовивший не одного бойца.
– Вы тренировали кого-то еще? – я округлила глаза.
– Я беру к себе в ученики только лучших. В Академии есть уроки фехтования, но я отбираю только тех, в ком действительно вижу задатки хорошего бойца. Меч – это как музыкальный инструмент. На нем нужно играть, исполнять песню стали и крови.
– Почему вы так много времени уделяете поединкам, если можете использовать магию? – Этот вопрос мучил меня с самого начала тренировки.
