– Я слышала, вы будете на новогодней вечеринке у моих родителей? – спросила она Лили.
«Как странно… сегодня в ее голосе не слышно ни ненависти, ни недоверия».
Морган оглянулась через костлявое плечо, чтобы рассмотреть в зеркале спину, и позвала мужа:
– Кристиан, что скажешь?
– Очень красиво, – отозвался он, не поднимая глаз от «блэкберри».
Морган снова исчезла в примерочной, а Кристиан подошел к Лили. Слегка поклонившись, он взял ее руку и на этот раз слегка прикоснулся губами к кончикам ногтей.
– И как сегодня наша светлокожая Лили?
– Думаю, уже не такая светлокожая. Солнце палит нещадно. Смотри, – показала она бледную полоску кожи под часами от Картье, которые Роберт подарил ей на день рождения два года назад.
Кристиан взял ее за кисть и провел большим пальцем по ее внутренней стороне. По шее у Лили тут же побежали мурашки.
– Есть еще какие-то полоски, которые ты хочешь мне показать? – спросил он.
– Ты ведь только что все видел? – Она покраснела до корней волос и отняла руку.
«Он в своем уме? Его жена – признанная во всем мире красавица, дочь богатых родителей; ее фотографии с детства не сходят со страниц журналов, не говоря уже о том, что она сейчас совсем близко, а мой муж вот-вот станет его партнером в бизнесе!»
– Я хотел обсудить с тобой кое-что.
– О, серьезно?
– Последние пять лет я занимаюсь инвестициями в искусство для МИПГ. Нам удалось собрать впечатляющую коллекцию известных работ. Почему бы тебе не написать о ней? Репортаж с фотографиями готовы сделать «Архитектурный дайджест», «Элль декор» и «Таун энд кантри», ведь наша галерея «Ротко» превосходит даже галерею Филлипса в Вашингтоне. Но я бы предпочел, чтобы материал об этом появился в «Сентинл». Не могла бы ты предложить эту идею своим редакторам?
Морган снова появилась из примерочной, на этот раз в бледно-розовом мини-платье и шелковых эспадрильях с цветочным рисунком. Она прогнулась назад, демонстрируя Лили и Кристиану выпирающие тазовые кости.
– Тебе не кажется, что оно слишком длинное? – спросила она, задирая подол на пару сантиметров.
– Возможно, – неопределенно ответил Кристиан и снова переключил внимание на Лили.
– Но меня вряд ли можно назвать экспертом по искусству. Почему бы вам…
– А Роберт сказал нам прямо противоположное. Когда мы показывали ему галерею, он упомянул, что у тебя диплом в области истории искусств.
– Я специализировалась на международном праве. А историю искусств изучала в гораздо меньшем объеме.
– Какая разница, в большем или в меньшем? Ты любишь искусство и немного разбираешься в нем, разве я не прав?
– Да, – согласилась она.
Эта тема подойдет для «Разговоров по четвергам», и ей самой было бы интересно этим заняться. Но она не сможет сохранить нейтральный тон – нужно будет отметить претенциозность самого факта наличия галереи стоимостью сто миллионов долларов (или во сколько там оценивается все собрание?) в офисных зданиях хеджевых фондов. А Лили не хотела, чтобы у Роберта возникли осложнения с новым руководством. К тому же с ее стороны не совсем этично браться за эту тему.
– Кристиан, я бы с удовольствием, но сейчас, когда Роберт начал работать с МИПГ, мой материал о фонде, даже если я напишу просто о декоре офиса, может быть воспринят как неэтичный. На этот счет существуют строгие правила.
– Тебе совсем не обязательно рассказывать всем, что он у нас работает.
– Нет, но я могу навлечь на себя кучу проблем, если об этом станет известно.
– А тебе не кажется, что все самые достойные занятия в жизни немного рискованные?
Лили залилась алым румянцем.
– Кристиан, – позвала мужа Морган, выйдя из примерочной с кипой одежды под мышкой. – Мне нужен твой совет. Пожалуйста, подойди ко мне.
Кристиан сделал круглые глаза и чуть ближе наклонился к Лили.
– Похоже, мне нужно идти.
– Конечно, конечно. Я только заплачу и вернусь к Роберту. – Лили показала ему тунику.
– Есть еще кое-что, о чем тебе нужно знать, когда ты будешь принимать решение, – прошептал он ей на ухо, и по спине у Лили снова побежали мурашки. – Роберт – новый человек в нашем фонде, и ему еще предстоит узнать, что мы все должны приносить пользу общему делу. У кого-то – это связи, которые являются нашим главным капиталом. Я вижу у твоего мужа хороший потенциал, но, должен сказать, не все со мной согласны. Уверен, если бы тебе удалось написать позитивный материал о фонде, скептики изменили бы свое мнение и мы могли бы оставить Роберта на постоянных условиях.
– Я и не предполагала… – Лили запнулась и, сделав глубокий вдох, начала снова: – Я и не предполагала, что могу оказаться полезной таким вот образом.
«Неужели Роберта взяли в МИПГ только на испытательный срок? Но почему он не сказал мне? Ведь я имею право знать?»
Лили подошла к кассе и протянула тунику женщине, которая так и не вставала со своего высокого стула.
– Двести евро, – сказала она, и Лили неохотно протянула кредитку.
«Слишком дорого для куска хлопка», – виновато подумала она, глядя, как из аппарата появляется крошечный, практически нечитаемый чек.
У двери магазина она увидела Кристиана, который курил сигарету.
