Отец хихикает, а я корчу ему рожицу. Предатель! В нашей семье все очень любят спать, так что же, если я люблю это больше, чем остальные члены моей семьи?
– Я же говорил тебе, что могу это сделать, теперь плати.
Коул ухмыляется Трэвису, тот нехотя достает из бумажника пачку купюр и протягивает моему парню, который скоро умрет.
– Вы, ребята, ставили на то, встану я с кровати или нет?
Я сузила глаза на троих, сидящих за кухонным столиком. Мне требуется вся внутренняя собранность, чтобы не вылить на их головы мой свежезаваренный нектар богов.
– Дорогая, у тебя не лучший послужной список. Пытаться разбудить тебя рано утром в выходные – все равно что толкать медведя в спячке. Вспомни, как мама пыталась поднять тебя в гости к бабушке и дедушке.
Трэвис разражается звонким смехом, и, несмотря на поддразнивание, я чувствую, как меня охватывает тепло. Это не только первый раз, когда папа с нежностью вспоминает маму с тех пор, как она уехала, но первый раз, когда Трэвис и папа ведут себя нормально друг с другом. Если смущение меня грязными подробностями моей одержимой сном натуры – это ключ к тому, чтобы они поладили, тогда вперед!
– Ты имеешь в виду, когда она «случайно» включила пожарную сигнализацию в своей комнате, и вам, ребята, пришлось провести остаток дня, выясняя, что вызвало этот писк?
Я прикусила губу от умиления при этом воспоминании. Эти ароматические свечи гораздо полезнее, чем многие думают. Просто спрячьте их в каком-нибудь неприметном уголке, и вы сможете спокойно поспать, пока все остальные будут выяснять причину того, что потенциально может сжечь весь ваш дом. При этом в комнате будет пахнуть персиками. Проводя много времени с Коулом, вы улавливаете некоторые вещи.
Я вижу, как он смотрит на меня со смесью веселья и обожания в глазах, и от этого в моем животе порхают огромные бабочки. Теперь, когда я смотрю на него, действительно смотрю, мой рот слегка приоткрывается. В своей ненависти ко всем людям, вызванной сном, я как-то умудрилась не заметить, что в нем есть что-то необычное.
Конечно, он всегда выглядит умопомрачительно сексуально, но сегодня в нем появилась какая-то грубая, опасная, плохая мальчишеская черта, которой не было раньше. Будь то поношенная футболка, застиранные джинсы или кожаный манжет на запястье – сегодня Коул излучает мрачный и опасный дух.
Обычно он довольно скрытен в том, какой он на самом деле плохой мальчик, особенно после возвращения. Со мной он был идеальным джентльменом, но я улавливала проблески того Коула, который был до военной школы, особенно когда рядом был Джей. Сегодня тот день, когда его внешность подчеркивает, какой он на самом деле, и это достойно о́бморока.
Он ждет, пока мы все позавтракаем, чтобы поддеть меня:
– Мне нравится, когда ты открыто смотришь на меня, ты должна делать это чаще, кексик.
Покраснеть для меня – секундное дело, это действительно так. Краем глаза я вижу, как отец читает утреннюю газету, а Трэвис копается в телефоне, запихивая в рот ложку с хлопьями. Они оба достаточно отвлечены, поэтому я позволяю своему взгляду упасть на губы Коула.
– Мне нравится вид.
Его глаза темнеют так, что мне хочется, чтобы мы были одни. Я стала довольно искусной во флирте, если можно так выразиться. Он отличный учитель, и теперь я не чувствую себя идиоткой, когда выражаю свои чувства. Уверенность – ключ к успеху, и именно он научил меня этому.
Он кладет руку мне на колено под столом, и мое сердце учащенно бьется. Кожа словно горит, и я думаю, смогу ли когда-нибудь привыкнуть к этому пьянящему чувству, которое возникает рядом с ним.
На мгновение наши взгляды встречаются, и в его глазах промелькнула страсть. Как будто он пытается передать что-то важное пронзительным взглядом, и это меня пугает. Кто-то может сказать, что нам еще рано испытывать такие чувства, что наши чувства слишком сильны и нужно подождать подходящего момента. Но я не могу этого сделать.
Конечно, я влюблена в него. Любая здравомыслящая или даже слегка не в себе девушка не была бы влюблена, но я не могу оттолкнуть его. Любовь к людям и я имеем не самую лучшую историю. Будь то мои родители или мой брат, даже Николь, – меня столько раз подводили, что даже с таким человеком, как Коул, мне немного не по себе от таких ожиданий, особенно со словом на букву «Л».
Мы уезжаем после завтрака, спустя тонны кофе и обещанных пончиков я полностью работоспособна, и мои нервы восстанавливаются. Взгляд все время останавливается на манжете у его запястья, потому что это так чуждо его повседневному образу.
– Что происходит в твоей слишком сложной, но очаровательной голове? – спрашивает Коул, держа одну руку на руле, а другую на моем колене.
– Могу я тебя кое о чем спросить?
Он морщит лоб и смотрит на меня так, будто пытается прочесть мои мысли, но все же кивает.
– Каким ты был в военном училище? Мы с тобой никогда не говорили об этом или говорили совсем немного, и я хочу знать об этом Коуле, просто чтобы иметь представление о том, во что я собираюсь ввязаться.
