Его запах будоражит мои чувства, когда мое лицо утопает в его плече, а его в изгибе моей шеи. Прежде чем я осознаю, что делаю, я вдыхаю его запах, так как я пристрастилась к его запаху. Его руки крепко обхватывают меня, и так, как мы прижаты друг к другу, единственные вещи, обеспечивающие некоторое расстояние, – это его слишком тонкая алкоголичка и мой легкий вязаный свитер. Я чувствую бешеный стук его сердца. Меня возбуждает мысль о том, что это может быть из-за меня.
Я медленно дышу через нос и очень нежно и осторожно провожу руками по его спине, пока они не ложатся на лопатки, захватывая в кулак рубашку. Я не пропускаю легкую дрожь, которая проходит по его телу от моего прикосновения, и снова чувствую замешательство. Это я делаю это с ним? Я пытаюсь не раздумывать, отбрасывая его реакцию на прохладу в воздухе и мои замерзшие руки. Да, это все объясняет.
Мы стоим, прижавшись друг к другу, и кажется, что прошли одновременно столетия и секунды. Медленно я начинаю отстраняться, разъединяя наши тела, но это все равно не дает достаточно пространства. Наши лица находятся в сантиметрах друг от друга, и я чувствую его свежее мятное дыхание, обдающее мое лицо. Сознательно я тянусь к волосам, которые падают мне на глаза, но рука Коула молниеносно настигает их раньше, чем моя. Он заправляет пряди за ухо и тепло улыбается мне. Мне кажется, что это лучшая часть моего дня.
Не удивительно, что Коул решает проводить меня до дома, несмотря на то что он весь в синяках и побоях. Также, к всеобщему удивлению, моя дорогая мама приглашает его на ужин, как только видит нас на пороге. Несмотря на то что теперь все было не так хаотично, мой желудок переполнили нервные переживания. Я съела столько, сколько смогла, а потом ушла, оставив маму оживленно болтать с Коулом. Отчаянно желая принять душ, я позволила горячей воде смягчить дневной урон, нанесенный моим мышцам, намылилась, ополоснулась и тщательно вытерлась, желая смыть с себя всю грязь. Переодевшись в треники, висящие за дверью ванной, я захожу в свою комнату, чувствуя себя крайне уставшей.
А вот и он раскачивается взад-вперед на своих каблуках, стоя за моей дверью.
– Если ты проделал такой долгий путь, Коул, ты можешь войти.
Я подавляю зевок и устраиваюсь в постели.
– Разве ты не собирался уходить? – я переворачиваюсь набок лицом к нему.
Его взгляд устремлен вниз. Когда он не отвечает, я снова зову его. Как будто он впал в шок, и события этого дня настигают его. Я встаю с кровати, искренне беспокоясь о нем. Весь день он не сводил с меня глаз, убеждаясь, что со мной все в порядке, но кто присматривал за ним?
– Что происходит? Ты хотел что-то сказать?
После нескольких минут тягостного молчания он выдыхает, как будто ему больно дышать.
– Ты не должна чувствовать необходимость скрывать что-то подобное, Тесси. Я все время думаю о том, что бы случилось, если бы Энни не пришла ко мне.
Я вздрагиваю, поскольку не ожидала, что разговор пойдет в таком ключе.
– Зачем мы вообще затеяли этот разговор? Это все в прошлом, верно? Что сделано, то сделано. Я никогда больше не увижу Хэнка, так что давай просто не будем об этом говорить.
Мое сердце бешено колотится под пристальным взглядом его голубых глаз. В них горит огонь, и я хочу отвести взгляд, но я словно в ловушке.
– Ты не говорила об этом ни своим лучшим друзьям, ни родителям, Тесси. Пожалуйста, позволь людям участвовать в твоей жизни. Это было непросто для тебя, и тебе пришлось пройти через это в одиночку, – рычит он, – я не могу представить, как тебе было больно. Не могу поверить, что Николь могла опуститься так низко.
Я кручу руками, чувствуя себя крайне неловко, желая лишь выбраться из этой ситуации, но глаза Коула пронзают меня с такой силой, что мне хочется спрятаться под одеялом, пока он не узнал все мои секреты. Осознание того, что он так хорошо чувствует мои эмоции, радует сердце, но чем больше он заботится, тем сложнее мне определить наши отношения. Чувства смешиваются, границы размываются. Я не могу отнести его к какой-то одной категории и не знаю, как с этим справиться.
– Пожалуйста, не убивай Николь, – я выпаливаю первое, что приходит мне в голову, и наблюдаю, как его лицо искажается в замешательстве. – Я знаю, что она ужасная и злая, и иногда ты просто хочешь переехать ее танком, но ты не можешь ее убить! У тебя будет столько неприятностей. То есть я знаю, что твой отец шериф, а мой мэр, и, возможно, они могли бы потянуть за какие-то ниточки, чтобы вытащить тебя, но я видела это шоу! Скорее всего, вместо тебя арестуют какого-нибудь беднягу по имени Стэн, и он получит пожизненный срок. У него, вероятно, дома жена и ребенок, если ты…
