Взгляд Джоанны, которым она смерила мужа, был утомленным. Словно он только что признался, что не знает, откуда берутся дети.
— Как долго? — постукивая коготками по столу, выдала жена.
— Чувствую себя, мать его, археологом, — попытался отшутиться лев. — Первые записи датируются двумя годами назад.
— …и на них…
— Поцелуи и… черт, ласки выше пояса, так тебе понятно?
— М-да. Частота? — продолжила допрос Джо.
— Не реже раза в неделю, — прикинул Тайвин мысленно. Вопрос частоты его когда-то занимал. Он надеялся, что это временное помутнение и пойдет на спад. Ошибся.
— Черт. Плохо.
— Никто не обещал, что будет легко.
— Почему ты ничего не предпринимал?
Ее вопрос пришелся по больной мозоли. Приходилось признать, Джоанна Ланнистер умела добиваться своих целей, и ей было совершенно не важно, кто перед ней.
— Почему ты так решила?
— Не отвечай мне вопросом на вопрос, Тайвин!
— Да, к черту. Я нажал на Серсею. Она ведет, ты же не будешь спорить, что она всегда заводила в этой паре? Мозги достались Тириону, осторожность — Джейме, а безрассудность — Серсее.
— Не сработало?
— Я… Я ошибся, Джо, — боги, дайте мне сил все ей объяснить, и пусть на потом не отвернется, — я пояснил дочери, что во все комнатах пишется видео. Не говорил с ней про Джейме, не орал, что это аморально, зная, что она немедленно захочет его в два раза больше, если я запрещу. Я и не накладывал никаких запретов. Лишь упомянул, что комнаты под наблюдением.
— И она? — Джо выпростала руки из-под его ладоней, обняв себя за локти. Как неудачно. Она принимает все слишком близко к сердцу. Ближе, чем я. Это конец.
— Устроила истерику, — снявши голову, по волосам не плачут, — требовала снять наблюдение с комнаты, я отказался. Джоанна, я был уверен, веришь ли, что у нее есть хоть капля стыда, потому она так борется. Надеялся, это ее приструнит. Но вышло иначе.
— Она пустилась во все тяжкие? — потребовала ответа Джоанна. Все ее тело замерло в напряжении, казалось, женщина даже не дышит.
— Да, пообещала устроить шоу всем любителям наблюдать за юными девушками. С некоторых пор ее комната заблокирована для просмотра, но запись идет. Впрочем, теперь я бы и на комнату Ланселя поставил блок.
— Наблюдающие начали вожделеть все в шаговой доступности, сходить с ума или спускать в штаны? — зло выбросила Джоанна, остановилась взглядом на его перекошенном лице и прервала свою речь: — Ох, прости.
— Дочь устроила шоу вместе с братцем, который, как потом оказалось, в курсе не был. Кроме того, она и в одиночку постоянно устраивала такие представления на камеру, что дала бы сто очков вперед какой-нибудь порно-диве. За рядом нюансов. Ей-богу, если у нее однажды будет доступ к записям, она выложит их в соцсети.
— Бог ты мой, — Джоанна зажмурилась, а потом медленно снова открыла глаза. Они были сухими, но какими-то неживыми. — Фантазерка. При такой активной жизни я могу стать бабушкой несколько раньше, чем планировала.
— Нет. Пока не можешь. Хотя, я уверен, это воля случая, а в последнее время заслуга Ланселя.
— Да? Сомнительная заслуга. Он бы крепче ее привязал к себе, если бы дал, что она хочет, — произнесла Джоанна уверенно.
— Он умнее нас с тобой, — Или тот, кто за ним стоит, если этот кто-то существует. — Он привязал ее именно тем, что желаемого не дает, но постоянно спойлерит.
— Ну, смотри-ка, твои метафоры все веселее и голос не такой безрадостный, — парировала жена без грамма радости в голосе. — Итак, наша дочь сменила своего брата на его кузена, брат же переключился на Бриенну. И скорее всего, наелся запретного плода за последнюю неделю до такой степени, что некоторое время не сможет смотреть ни на яблони, ни на змеев, ни на женщин.
Тайвин поморщился.
— Ты зря надеешься, что до этого не дошло, — ободряюще произнесла Джоанна.
— Посмотрим, — мрачно произнес Тайвин, погружаясь в глубокое раздумье.
***
Ночь. Прожектора за окном, работающие для особо талантливых идиотов, желающих сломать себе шею не просто так, а непременно ночью. Ветер швыряет в эти световые дыры снопы снега, он разваливается во все стороны. В этом году погода просто свихнулась.
— Тай, тебе надо поспать, — бормочет Джоанна, отворачиваясь от него на бок.
Он кивает, понимая, что жена его не видит. Спать не хочется. Перед глазами кружатся картинки, словно он отщелкивает слайд за слайдом. Их дети, такие юные, такие прекрасные. Похороны, массивный гроб, одеревеневшее лицо старшего сына и рыдающая на руках нянек дочь. Джейме перестал плакать именно тогда, казалось временами Тайвину. А Серсея, кажется, как раз начала.
Это я лишил их матери, а потом сам раз за разом отстранялся. Я толкнул их друг к другу, ничего не предпринял, когда еще что-то можно было сделать. Что вырастет из этой красивой хорошей девочки, если в шестнадцать она может бросить тебе в лицо такое…
Джоанна заворочалась, а потом резко села на кровати, изображая лунатика. Вытянутые перед собой руки колыхались немного.
— Сейчас я найду того, кто не спит, и съем, — клацнув челюстями заявила жена.
— Валяй, — ответил Тайвин лишенным эмоций голосом.
