– Второй случай, с которым связано её имя, гораздо серьёзнее, и произошёл он пять лет назад. – Хёрдюр положил на стол распечатку полицейского отчёта. – Мужчина по имени Хаплиди Бьёртнссон получил тяжёлое увечье, когда ему на голову упал цветочный горшок. Он проживал на первом этаже восьмиэтажного дома, и горшок, видимо, упал с одного из верхних балконов. Маргрьет проживала на восьмом этаже и поэтому входила в круг подозреваемых. Один из соседей показал, что Маргрьет и Хаплиди повздорили в предыдущие выходные, а до этого они некоторое время состояли в отношениях. Её работодатель подтвердил, что, когда всё случилось, Маргрьет находилась на работе. Выяснить, откуда конкретно свалился горшок, так и не удалось. На седьмом этаже проживала девяностолетняя старушка, которая могла по неосторожности столкнуть его, однако сама она эти подозрения категорически отвергла.
– Он выжил?
– Хаплиди? Думаю, да. Но вот в каком он состоянии – это вопрос, – сказал Хёрдюр.
Это происшествие вряд ли было как-то связано с Марианной. Скорее всего речь шла о трагической случайности. Все подозрения с Маргрьет были сняты, однако оставался факт её ссоры с Хаплиди за несколько дней до несчастного случая. Странное совпадение…
– Тогда, наверное, копать глубже тут не стóит, – констатировал Сайвар с ноткой разочарования.
– Что-то мне не нравится, как эти два эпизода соотносятся по времени, – поделилась Эльма.
– Ты о чём? – спросил Сайвар.
– Первый из них случился, когда Хекле было три года, верно? – Подвинув к себе бумаги, Эльма произвела в голове соответствующие расчёты. – А второй эпизод имел место, когда ей было десять лет.
Сайвар уставился на неё непонимающим взглядом.
– Именно тогда, когда произошли эти случаи, Марианна куда-то пропадала! Хеклу забрали у неё, когда девочке было три года, а потом снова, когда ей исполнилось десять лет. Вряд ли это совпадение, правда?
– Но ни в том, ни в другом случае имя Марианны не упоминается, – возразил Сайвар. – Мы ведь уже пробивали её по нашей базе, и никаких результатов это не дало.
– Да, но… В те периоды Марианна находилась в крайне неуравновешенном состоянии, возможно, сидела на наркотиках. Может, она задумала отомстить за брата и отыскала Маргрьет.
– Вполне, – согласился Сайвар.
– Будь оно так, у Маргрьет наверняка возникли бы серьёзные основания опасаться Марианны. И даже убить её, – добавила Эльма и сделала глоток воды.
– Вероятно, встретившись по прошествии времени, они испытали потрясение, – задумчиво сказал Хёрдюр.
– Несомненно. Марианна наверняка узнала Маргрьет, – продолжила Эльма. – Если письма отправляла Марианна, то она точно знала, где та живёт. Она не упускала её из вида все эти годы. А вот Маргрьет, наверное, потребовалось время, чтобы понять, кто такая Марианна.
Сайвар, склонившийся над копией письма, придвинулся к Эльме ещё ближе. Она уже настолько привыкла к его запаху, что почти перестала его замечать. Но теперь, когда Сайвар находился так близко, его запах окутывал её. Прямо у неё перед глазами была лёгкая щетина Сайвара, его тёмные волосы и густые брови. Хёрдюр пару раз кашлянул. Сайвар снова отодвинулся, а Эльма продолжала сидеть, уткнувшись взглядом в столешницу.
О чём она вообще думает? Эльма выдвигала один за другим ящики стола и машинально перебирала их содержимое, сама не зная, что ищет. Она давно решила воспринимать Сайвара только как друга, и не более того. Что, если у них ничего не получится? А им ведь ещё работать и работать вместе. Она захлопнула последний ящик с таким шумом, что даже сама вздрогнула.
Накануне вечером, когда они ужинали в доме её родителей, Эльма вдруг подумала, что Сайвару не с кем праздновать Рождество. Кроме брата Магги, родственников у него не было, а тот предпочитал проводить время в интернате, где, похоже, обзавёлся подружкой. Приятелей у Сайвара было предостаточно, однако они, судя по всему, целиком и полностью погрузились в семейные хлопоты, как и подруги Эльмы. В отличие от неё, однако, у Сайвара не было родителей, которые приглашали бы его к себе на ужин и заботились о том, чтобы он не скучал по выходным. Эльма понимала, что Сайвар совсем один, однако в круг её обязанностей не входило обеспечивать ему компанию в Рождество и, если уж на то пошло, в любой другой день. Да ему, вероятно, и не захочется, чтобы она вмешивалась в его жизнь.
Развернувшись на стуле к окну, Эльма достала мобильник и написала Якобу:
Эльма потёрла виски и даже обрадовалась, когда лежавший на столе мобильник завибрировал.
Звонил работник автобусной компании.
– Я поговорил с одним из наших водителей, который выходил на смену в тот день, – сообщил он. – Он сейчас как раз здесь. Побеседуете с ним напрямую?
