Послышался шорох, а потом в трубке возник другой голос:
– Конечно, я запомнил её, – сказал водитель. – Не каждый день к тебе в автобус садится знаменитость. Очень привлекательная женщина, что и говорить.
Резкий прилив адреналина разогнал кровь по венам, и все мысли Эльмы вновь сосредоточились на расследовании:
– Вы совершенно уверены, что это была она и всё происходило в пятницу, четвёртого мая?
– Совершенно уверен. Это была моя последняя смена перед летним отпуском, и я ясно помню, как она садилась в автобус.
– В котором часу это было?
Шофёр ответил не задумываясь:
– Я выехал в 20:56. Ровно.
– Благодарю вас, – сказала Эльма. – Я, вероятно, свяжусь с вами вновь, если возникнет необходимость.
– Да пожалуйста, – ответил водитель. – А с ней, видимо, была её дочь. Так мне показалось, хотя они не очень похожи.
– Они были вдвоём?
– Да, они сели в автобус вдвоём, и я предположил, что девочка – её дочь.
Едва завладев мячом, Хекла бросилась в атаку. Игроки команды-соперника не успели и глазом моргнуть, как она их обвела. Отовсюду неслись крики и свист. Краем глаза Хекла заметила устремившихся к ней защитников, однако и тут она оказалась проворнее. Теперь она была один на один с голкипером, который подался вперёд и, широко расставив руки и ноги, готовился отразить удар. Когда между ними оставалось несколько метров, Хекла поддела мяч ногой и отправила его в воздух. Описав ровную дугу, мяч оказался в воротах, и за спиной Хеклы раздались ликующие возгласы.
Тренировка подошла к концу, но Хекла всё никак не могла отдышаться, а с её лица не сходила улыбка. Заметив своё отражение в зеркале, что висело в раздевалке, она едва себя узнала: раскрасневшиеся щёки, растрёпанные волосы и сияющие глаза. Жёлтая футболка Хекле очень шла, и она с сожалением подумала, что тренировки бывают не так часто и продолжаются не так долго, как ей хотелось бы. Останавливаться она не желала – ей хотелось играть и играть, пока не свалится с ног.
– Ты в душ идёшь? – Тинна уже сняла форму и теперь стояла перед Хеклой в нижнем белье.
– Да, – ответила она. Присев на скамейку, Хекла наскоро стянула с себя жёлто-чёрную форму, завернулась в полотенце и отправилась в душевую. Душ был наихудшей частью тренировочной рутины.
Закончив, ей пришлось дожидаться, пока Тинна накрасит ресницы и причешется. Как-то внезапно Тинна от неё отстранилась, и, казалось, что она стремится проводить больше времени с Дисой, нежели с ней. Может, она догадывалась о мыслях Хеклы? Хекла страдала молча, осознавая, что, вероятно, её чувства не находят отклика у Тинны. Самой Хекле было понятно, кем она является. Она поняла, почему её постоянно преследовало ощущение того, что её связь с Агнаром ошибочна. Она пыталась переубедить собственное тело, заставить его реагировать на поцелуи Агнара, но всё оказалось напрасно. Но, может, Тинна другая. Прочесть её мысли Хекла не могла, как ни вглядывалась в её лицо.
– Идём? – коротко спросила Тинна, и Хекла подняла глаза. Она так глубоко погрузилась в собственные мысли, что даже не заметила, что Тинна уже полностью одета и ожидает её. Поднявшись, Хекла последовала за ней. Оказавшись на улице, она с удовольствием вдохнула в себя холодный воздух. У Тинны зазвонил телефон.
– Кто звонил? – спросила Хекла, когда та нажала на отбой.
– Мама, – ответила она, натягивая капюшон. Взглянув в глаза Хекле, Тинна улыбнулась: – Она сейчас за нами приедет.
– Зачем? – поинтересовалась Хекла. Они обычно возвращались домой пешком: идти было недалеко, да и погода стояла неплохая.
Тинна молча пожала плечами. Несколько минут спустя на парковку перед спортзалом въехал белый «Вольво». Тинна уселась на переднее сиденье, а Хекла устроилась сзади. Обернувшись, Маргрьет поприветствовала её. На её безупречном лице играла улыбка. Тинна унаследовала улыбку Маргрьет, а также некоторые её манеры, но в остальном они довольно сильно отличались. Однако иногда казалось, что Тинна стремится походить на мать во всём: она копировала причёску Маргрьет и заимствовала одежду из её гардероба. Более того, мать даже иногда красила её перед школой, а однажды она сделала макияж всем трём подружкам по случаю танцевального вечера.
Мать и дочь о чём-то тихо переговаривались, но в их беседу Хекла не вслушивалась. Откинувшись на сиденье, она открыла телефон. Между тем машина набирала скорость, и, когда Хекла оторвала глаза от мобильника, пейзаж за окном был другим. Они проезжали мимо каких-то заснеженных полей, где тут и там группами стояли лошади.
– Куда мы едем?
Тинна обернулась к ней:
– Прокатимся кое-куда.
– Но… ведь Сайюнн и Фаннар…
– Я поговорила с Сайюнн, – сказала Маргрьет. Хекла встретилась с ней взглядом в зеркале заднего вида. – Она разрешила тебе поехать с нами.
