Возможно, продолжал он спорить с самим собой, не все еще потеряно. Он может дать себе зарок воздержания на некоторое время и посмотреть, пополнит ли полный отказ его пустые резервуары. Увы, несмотря на то, что его физические возможности казались парализованными, его страсть была по-прежнему сильна.
С людной Шарлотт-стрит он повернул коня в узкий переулок и понял, что направляется назад к дому Мэри Фортескью. Он, казалось, всегда искал у нее защиты. Чуть-чуть не доехав до угла, он заметил, как из темной ниши появилась фигура. Это была женщина, целиком закутанная в темную одежду, в руках у нее был сверток. Когда он почти поравнялся с ней, она отбросила чадру, закрывавшую лицо. Он остановился, узнав знакомый жест, которым обычно мавританские женщины открывают свои лица.
– Альмера.
– Мой господин. Прости меня, мне надо увидеться с тобой. Я подслушивала под дверью. Я боюсь. – Она внимательно посмотрела в обе стороны переулка и, никого не увидев, подняла завернутый в материю сверток к Рори, который подставил руки, чтобы взять его.
– Тебе нечего бояться, малышка.
Рори откинул складки материи и увидел лицо своего сына. Ему показалось, что он выглядел как все младенцы, однако он отметил, что у мальчика была белая кожа, сильные и здоровые ручки и ножки и на голове золотились жидкие пучки светлых волос. Рори испытал чувство, поразившее его самого. Вес и тепло свертка в руках давали ощущение собственного достоинства. Ведь это была его плоть и кровь, которую они сотворили вместе с девушкой, стоящей сейчас рядом с ним. Он отдал ребенка Альмере, вдруг почувствовав всю хрупкость этого свертка.
– За себя я не боюсь. – Альмера протянула руки, чтобы взять ребенка. – За Исмаила тоже. Я смогу его защитить, а вот за тебя я боюсь. Она может тебе навредить.
Он нашел в себе силы улыбнуться.
– У меня все еще есть то, чего она добивается; она не навредит мне, во всяком случае, до тех пор, пока не получит это, а судя по тому, как дела обстоят сейчас, будет это не скоро.
– Я тоже этого хочу, милорд. Ох, возьми меня с собой!
Перспектива снова иметь Альмеру под рукой была заманчивой, но куда же он с ней денется? Конечно, не к Мэри Фортескью с ее собранием крикливых девиц, не в Мелроуз, где Мараю следовало опасаться еще больше, чем леди Мэри, и не на «Шайтан», где она будет единственной женщиной среди грубой матросни. Возможно, он мог бы взять ее к Элфинстону, но это вызовет уйму разговоров: служанка леди Мэри под покровительством вновь прибывшего работорговца.
– Сейчас я не могу, Альмера. А в том деле, которого ты жаждешь вместе с леди Мэри, боюсь, я буду бесполезен. Со мной что-то произошло. Не спрашивай почему, но я хуже любого евнуха из сааксских гаремов.
Он соскочил с коня, чтобы обнять ее. Долгих объятий не получилось, они были прерваны вывернувшей из-за угла телегой, запряженной быками.
Рори подождал, пока телега проедет, затем поцеловал Альмеру.
– Возвращайся домой, малышка. Сейчас тебе там ничего не угрожает. Дай мне все обдумать. Я найду безопасное место для тебя и Исмаила. Если бы ты вдруг исчезла, за тобой бы устроили погоню. Доверься мне, Альмера. Я обо всем позабочусь. Береги моего сына. Аллах милостив, он защитит тебя, и я тоже. Теперь иди, пока тебя не хватились, и знай: я люблю тебя. Всегда любил, а теперь люблю вдвойне, потому что ты мать Исмаила.
Он отпустил ее, сел в седло и ускакал прочь, чувствуя тепло ее пальцев на своей руке. В конце переулка он оглянулся и увидел черную фигуру с опущенными плечами, заворачивающую за угол. Всепоглощающее желание броситься назад и увезти ее с собой овладело Рори, но он не поддался ему и повернул коня в сторону дома Мэри Фортескью. Он нашел ее сидящей в гостиной наверху с выражением суровой решительности на лице.
– Твой слуга Кту здесь. Он был на корабле; капитан Джихью просил передать, что там все в порядке.
– Ты смогла понять его?
– Фаял перевел мне. Ну сядь же, Бога ради, и отдохни. Весь день мотаешься, как проклятый, и так ничего и не добился.
– Точно! Что же случилось со мной? Вдруг за одну ночь я превратился в евнуха. Старик Гарри умер. Он больше не встает по стойке смирно.
– Что, видимо, и обнаружила миледи Клеверден, судя по выражению твоего лица. Держу пари, она потерпела такую же неудачу, как и я.
– Именно, – он глуповато улыбнулся. – Маленький негодяй мертв.
