Он закружил по комнатке, всплескивая руками. Стороннему наблюдателю могло бы показаться, что у почтенного старичка в черной шапочке и строгом черном одеянии случился приступ обыкновенной паники. И сторонний наблюдатель оказался бы прав – но лишь отчасти.
Прежде всего у мастера Виннела была репутация человека серьезного, трезвомыслящего и сурового. Поступь его была степенной и торжественной, а взгляд – полным возвышенного снисхождения. Разве такая солидная особа может удостоить вниманием мелкую уличную потасовку?
Но в том-то и дело, что потасовка обещала быть зрелищем незаурядным – ведь в ней участвовал сам сэр Николас Фэнтон! Его фехтовальное мастерство давно стало притчей во языцех, и мастер Виннел изнывал от желания увидеть, как непобедимый сэр Ник размахивает шпагой.
Человеческая природа одержала верх над репутацией.
– Господи помилуй! – взвыл уважаемый аптекарь, выскочил на улицу и, пригнувшись, побежал в сторону сенного склада. Мастер Виннел прекрасно понимал: надо найти укромное место, чтобы следить за поединком без риска попасться на глаза его разъяренным участникам. Поэтому он помчался к огромной каменной поилке, установленной почти напротив арки.
Сэр Ник тем временем неторопливо приближался к противнику, который стоял все в той же расслабленной позе, лениво жуя соломинку.
Внезапно долговязый отпрыгнул в сторону. Двигаясь гибко и молниеносно, как пантера или ярмарочный акробат, он резко оттолкнулся от земли, взметнув клубы пыли, согнул колени в прыжке и приземлился в точности посреди прохода.
Когда до арки оставалось футов шесть, сэр Ник остановился. Если бы он посмотрел направо, то увидел бы над краем поилки черную шапочку и поблескивавшие под ней овальные стекла очков. В противоположном конце переулка, у решетчатых ворот, послышался металлический звон. Через несколько мгновений он раздался снова.
Никто даже не повернул головы.
«Ох, глупец! – думал аптекарь, трясясь от страха. – Куда ему до альсатийца: у того и ноги длиннее, и ловкости хватает… Ставлю сто к одному, конец сэр Нику. Впрочем…»
Теперь долговязого можно было рассмотреть как следует: длинное, в оспинах лицо, на подбородке – черные островки щетины, ухмылка еще шире, чем казалось издалека. Глаза слезились, но смотрели внимательно и остро.
– Куда это вы собрались, милостивый чистоплюй? – жеманно пропел долговязый.
Голос его был резким и громким.
– Путь мой, – презрительно ответил сэр Ник, – лежит прямиком через твои поганые кишки.
Долговязый выплюнул соломинку, выпрямился и гордо вскинул голову.
– Я – предводитель славных мятежников! – крикнул он, ударив себя кулаком в грудь. – Тот, кто одним взмахом протыкает горло глупым цыплятам… – Его губы искривились в нахальной усмешке. – Навроде тебя.
– Шпаги наголо! – прорычал сэр Ник. – А там посмотрим.
В тот же миг обе шпаги со свистом вылетели из ножен.
Робкий солнечный луч упал на клинки и дал отблески, которые тут же рассеялись в утреннем сумраке. Долговязый отпрыгнул влево, потом вправо, намереваясь зайти сбоку, но для маневра не хватало пространства, поэтому он решил не рисковать.
Сэр Ник выбрал оборонительную стойку: повернулся к долговязому боком, выставил правую ногу вперед, чуть согнув ее в колене, поставил левую ступню под прямым углом к правой и направил клинок на долговязого.
– Ну что ж, – пробормотал аптекарь. – С богом!
Разбойник принял такую же позу, тряхнул длинной рукой, повел кончиком шпаги в одну сторону, потом в другую, отклонился назад, чуть подался вперед…
И вдруг резко распрямил руку и сделал выпад, целясь в правую часть груди противника. Сэр Ник спокойно отпарировал удар и тут же нанес ответный. Долговязый, невзирая на свою хваленую ловкость, не успел отреагировать, и шпага вошла ему в грудь. Правда, рана оказалась совсем неглубокой и лишь разозлила головореза.
– Будь ты проклят! – крикнул он и снова сделал выпад, рассчитывая проткнуть сэру Нику сердце.
Тот широким взмахом руки отбросил вражеский клинок, в последнюю секунду избежав смертельной раны. Соперники еще дважды скрещивали клинки с оглушительным лязгом, от которого у мастера Виннела стыла кровь в жилах. А потом случилось нечто поразительное.
В фехтовании существует «секретный» прием, называемый так лишь потому, что большинство людей не способны освоить его из-за врожденного нетерпения. Если вам приходится драться в ограниченном пространстве, где можно позволить себе разве что полувыпады, соперник не станет ждать от вас ничего большего и ослабит бдительность. Тогда вы подтягиваете левую стопу к правой, так что угол между ними остается прямым, и делаете полный выпад: тело принимает почти горизонтальное положение, рука, слившись в единое целое со шпагой, устремляется вперед, и клинок поражает противника, уверенного в своей недосягаемости. Этот трюк и проделал сэр Ник. Приняв нужную стойку, он выбросил руку вперед.
– А-а-а! – вскрикнул аптекарь и так затряс головой, что очки свалились с носа прямо в поилку.
