― Черт, ― пробормотал я. Я взглянул на Эм, она отчаянно набирала чей-то номер. Что бы там ни происходило, это не было хорошо. ― Что тебе от меня нужно?
― Вернись в дом, и затаитесь, ― сказал он. ― Мы получили еще три сообщения о выстрелах по различным клубным домам, хотя больше никаких жертв. Это не просто совпадение. Это объявление войны.
― Война с кем?
― Риперами или картелем, ― ответил Бёрк. Эм, похоже, спорила с кем-то по телефону. Это так чертовски заводит, что я бы взял ее снова прямо на месте, если бы мог. Черт. Я надеялся, что мне не придется столкнуться с ее отцом. ― Мы выясним это и нанесем жесткий ответный удар. Планируй отъезд завтра, как мы и договаривались, но прими дополнительные меры предосторожности, чтобы оставаться в безопасности.
― Понял, ― сказал я, вешая трубку. Эм все еще разговаривала.
― Папа, я не знаю, где Кит, ― сказала она. ― Если бы знала, то сказала бы. Черт возьми, я понимаю, что это не игра. Продолжай звонить ей, я тоже буду, и рано или поздно ей придется ответить. Она не заставила бы нас волноваться нарочно, но она, вероятно, сейчас занята.
Она снова сделала паузу, быстро взглянув на меня.
― Она занята сексом, папа, ― пробормотала она. ― Нет, я собираюсь домой прямо сейчас. И не присылай никого за мной ― меня подвезут.
Она снова замолчала, и мой живот скрутило. Если бы за этим стояли Риперы, разве они бы не обезопасили ее до того, как напасть? Пикник не стал бы рисковать своими девочками, решил я. И я не видел, чтобы они предпринимали что-то подобное без его ведома.
Так что оставался только картель.
― Я кое с кем, ― проговорила Эм. ― Он может меня подвезти. Это безопасно, честное слово. Он защитит меня.
Ее глаза встретились с моими. Затем она глубоко вздохнула и ответила на вопрос, который я не мог услышать, но мог точно угадать.
― Я с Хантером, папа, ― сказала она. Огонь не вырвался из телефона, что меня немного удивило. Я услышал крики, а потом лицо Эм напряглось.
― Смирись с этим, ― огрызнулась она. ― Он меня защитит и подвезет. Но только если ты пообещаешь, что парни ничего не сделают ему в доме Куки. Иначе я поеду в отель... Я буду в безопасности, но не скажу тебе, где буду находиться. Я не позволю тебе использовать меня, чтобы найти его или навредить ему.
Что-то сжалось у меня в груди, и секунду я не мог дышать. Я почувствовал прилив собственнической гордости за мою девушку. Я хотел схватить ее, крепко поцеловать, а затем трахнуть ее у другой стены. Или где-нибудь еще, если на то пошло — список мест, о которых я фантазировал, был почти бесконечен. Она расстроенно рыкнула, вешая трубку.
― Дома не все гладко, ― сказала она, немного преуменьшая. ― Я не хочу быть проблемой, но думаю, что нам нужно найти номер в отеле.
Раньше я бы подумал, что это чертовски отличная идея, но сегодня все было как угодно, но только не «обычно». Ей нужно было быть под охраной. И как бы мне не хотелось это признавать, но сейчас Риперы были ее лучшим вариантом защиты.
― Дай мне телефон.
Она покачала головой.
― Эм, дай мне чертов телефон, ― зарычал я. ― Я не знаю, что происходит там у вас, но несколько моих братьев было подстрелено за последний час, и двое из них мертвы. У меня нет времени спорить с тобой или искать тебе чертов отель, когда тебе нужно быть со своим клубом. Я хочу, чтобы ты была в безопасности, чтобы я не беспокоился.
― Сегодня вечером мы потеряли брата в Бойсе, ― медленно сказала она. ― Папа хочет, чтобы меня спрятали. Они думают, что это были Джеки, Лиам...
Мое имя на ее губах перевернуло что-то в моей груди. Оглядываясь назад, думаю, что это был именно тот момент, когда я принял решение. Я не собирался отказываться от нее. Никогда. Я бы лучше умер.
― Это были не Джеки, ― возразил я. Нам придется поговорить о «нас» позже. Мне нужно было время подумать, и я хотел, чтобы она убралась с улицы. На этот раз я был согласен с Хейсом. ― Пожалуйста, Эм. Позволь мне поговорить с ним.
Она медленно покачала головой, но передала телефон, и я нажал на кнопку последнего вызова.
― Детка, у нас нет времени спорить, ― ответил Пикник.
― Это Хантер.
Молчание.
― Что ты делаешь с моей дочерью? ― потребовал он, холодным, словно лед, голосом. Он ничем не выдал себя, но он должен был волноваться за своих детей. В последний раз, когда мы разговаривали, я угрожал убить ее. Черт, я точно понимал, почему он ненавидел меня после этого. Иногда я ненавидела сам себя.
― Я пытаюсь отвезти ее в безопасное место, ― сказал я твердым голосом. Не угрожающим, но и не слабым. ― Я думаю, что лучшее место, по крайней мере, на сегодня — с Риперами, но мне нужно больше информации. У нас два человека мертвы. Если это были не вы, то сейчас самое время сказать мне об этом. Мои братья захотят крови.
Последовала еще более длинная пауза. А потом он заговорил.
― Это были не мы. У нас свои жертвы. Один мертв, двое в неотложке. Кто-то обстрелял четыре клубных дома, включая клуб в Портленде. Не хочешь рассказать мне, что ты и твои братья делали сегодня вечером?
