Дьявольский Quest полностью

– Посмотрим. Им еще до Бермуда добраться надо, – усмехнулась Тьма.

С трудом удалось разлепить глаза. Почему-то они ни в какую не хотели подчиняться, словно на них навесили тонну сна и усталости. Все-таки мне это удалось, правда, ценной больших усилий. Веки разошлись, и перед очами замелькало темно-зеленым. ''К чему бы это?'', – устало поинтересовался мозг. Ответить было некому, так как вопрос прозвучал не слышно. А как его еще задать, если голова, словно маятник старинных часов качается в такт движения лошади? Да, да именно в такт и именно лошади – сам видел.

Сознание, наконец, решило посетить мою больную голову, а вместе с ним пришло осознание того, что темно-зеленое мелькание не что иное, как трава. Почему ''темно'', да потому что на улице уже давно вечер. Даже в моем положении – кстати, лежу поперек лошади, руки, крепко, связанны и болтаются ниже головы, веревка в них впилась, словно отощавшая пиявка, – видно, что солнце уже уходить за горизонт, прощаясь последними красными лучами.

Скоро меня начало мутить, да и тело никак не давало покоя, упорно тревожа нервные окончания. Что я ему плохого сделал? Лошадь шла рысью, иногда переходя на галоп. Вокруг стояла словесная тишина и только усталое фырканье коней говорило о том, что я тут не один… К сожалению.

Такая скачка, то медленно то быстро, продолжалось долго, по крайне мере в моем положении и пять минут – вечность, – но тут гораздо продолжительнее. Я не выдержал очередного перехода с рыси на галоп и как не силился, застонал: тихо и слабо – даже самому противно. Рядом недовольно заржал конь и зычный голос скомандовал:

– Отряд, стой!

Моя лошадка резко остановилась, словно врезавшись в стену, что я не преминул съехать… точнее въехать ее на шею. Такого надругательства она не выдержала и, взбрыкнув, отправила меня полежать на травке. Хотелось бы оценить ее заботу, но тело начало возмущаться, ругаясь всевозможными словами. Впрочем, я не мог произнести их в силу того, что все то же тело стегало по нервам с маниакальной страстью садиста. Так что вместо слов благодарности смог воспроизвести что-то похожее на хрип и стон в одном флаконе.

– Очнулся, шут, – больно поддел ногой командир стражников. – Не долго тебе радоваться осталось.

– Прям… обсмеялся, – с трудом выдохнул я.

– У него еще силы остались, Грам, – усмехнулся один из стражников, обращаясь к командиру. – Может еще раз успокоить?

– Не надо, – махнул рукой старший грандир. – Нам надо доставить его в Бермуд, так чтобы было, кого казнить, – и пнул меня ногой под ребра.

''Гад'', – выругался… правда только про себя.

– С другими что делать? – тем временем поинтересовался страж.

– Свяжи из покрепче, Хок. Господин Хазор будет рад, увидев какие ''подарки'' мы ему привезли, – зыркнул куда-то в сторону Грам.

Так нас еще и с эскортом встречать будут. Одно хорошо, что моих спутников не оставили там же на месте, похоронив под каким-нибудь кустиком, а взяли с собой. Есть неплохой шанс сообразить на троих… Только боюсь, что будем мы глядеть не в рюмку, а маленькую дырочку скользящей петли.

– Посадите его, – тем временем скомандовал главный.

''Лучше здесь пристрелите!'' – вопило сознание, когда меня как тряпичную куклу сажали в седло. Одно зло радовало, для этого потребовалось усилия троих грандиров, а то мою, честно скажем немаленькую, тушку трудно поднять. Тем более усадить на лошадь. Спасибо, хоть не перекинули поперек, а, откровенно намучившись, усадили вертикально.

Эта десятиминутная передышка дала моему воспаленному сознанию хоть немного успокоиться и привести себя в порядок. В седле я болтался хуже, чем в первый день обучения езды на лошади. Зато могу видеть, что-то кроме мельтешившей перед носом травы.

Ехал я где-то в середине небольшого отряда. Впереди спины трех грандиров, и крупы… нет, к сожалению не их, а лошадей под ними. С боку удалось разглядеть еще двоих, хотя шея упорно не хотела поворачиваться, протестую громким хрустом позвонков. Значит мои друзья где-то сзади, с оставшейся пятеркой стражников. Это предположение подтвердила не длинная, но очень содержательная речь Свеи.

– Козлы, – начала она. – По что связали, волки позорные? Отпустите нас, дети Ящера, иначе мой гнев обрушиться на ваши пустые черепа, – исходилась злостью девушка.

Судя по тому, что стражники никак не реагировали на выпады, понятно, что слышат они подобное выступление не в первый раз. Было видно, как правый грандир поморщился, когда Свея начала вспоминать всех родственников – особенно по женской линии – до седьмого колена.

– Заткните ее, – наконец не выдержал Грам. Он ехал впереди, возглавляя эскорт.

Девушка начала неистово орать, но крик резко оборвался, перейдя в какое-то бормотание, а потом и оно стихло.

– Командир, надо спешить иначе не успеем до ночи, – почти прокричал справа от меня грандир: юноша лет двадцати пяти.

– Отря-яд! В галоп! – прозвучал приказ, и мы понеслись.