Я открыл дверь в «палаты Чэппи» и придержал ее для Чипа, несшего чашки с кофе.
Через стеклянную дверь подсобной комнаты, расположенной за постом медсестер, виднелась коренастая фигура Вики. Женщина ставила что-то на верхнюю полку. Мы прошли мимо и направились к палате Кэсси.
Чип на секунду заглянул в комнату, а потом подтвердил:
– Все еще спят.
Посмотрев на чашки, предложил одну мне:
– Нет никакого смысла дожидаться, пока этот дрянной кофе совсем пропадет.
– О нет. Спасибо.
Он тихо засмеялся:
– Мнение опытного человека. Что, он всегда был таким дрянным?
– Всегда.
– Вы только посмотрите – немного продукции нефтяной компании «Эксон Вальдес».
Едва заметная радужная пленка покрывала черную поверхность жидкости. Сморщившись, Чип поднес чашку ко рту:
– Ух, неотъемлемая часть аспирантуры. Но я нуждаюсь в ней, чтобы голова работала.
– У вас был слишком длинный день?
– Наоборот, чересчур короткий. Кажется, что чем старше вы становитесь, тем короче делаются дни. Вы не замечали? Короткие и забитые работой. Потом еще это мотание туда-обратно между работой, домом и больницей. А наши чудесные магистрали – поистине высшее достижение человечества.
– Жить в Вэлли-Хиллз – это значит ездить по автостраде Вентура, – сказал я. – Хуже не бывает.
– Отвратительно. Когда мы искали себе пристанище, я умышленно подобрал дом, расположенный поблизости от работы, чтобы избежать поездок из пригорода. – Он пожал плечами. – Но так всегда происходит с самыми лучшими планами. Иногда я сижу в машине бампер к бамперу и воображаю, что нечто подобное будет твориться и в аду.
Он вновь рассмеялся и отхлебнул кофе.
– Я испробую это на себе через пару дней, когда нанесу вам домашний визит, – заявил я.
– Да, Синди говорила об этом. А, вот и наша мисс Найтингейл[15]. Привет, Вики. Опять ночь напролет не смыкаете глаз?
Я повернулся и увидел вышагивающую к нам медсестру, она приветливо улыбалась, чепчик весело покачивался из стороны в сторону.
– Добрый вечер, профессор Джонс. – Она втянула воздух, как будто готовилась поднять что-то тяжелое, и кивнула мне.
Чип вручил ей нетронутый кофе:
– Выпейте или вылейте.
– Благодарю вас, профессор Джонс.
Он кивнул головой в сторону палаты Кэсси:
– Давно дремлют наши спящие красавицы?
– Кэсси заснула около восьми. Миссис Джонс приблизительно без четверти девять.
Он взглянул на часы:
– Сделайте мне одолжение, Вики. Я провожу доктора Делавэра и, пока буду внизу, может быть, перехвачу что-нибудь поесть. Пожалуйста, попросите разыскать меня, если они проснутся.
– Если желаете, я могу спуститься вниз и что-нибудь принести вам, профессор.
– Нет, спасибо. Мне нужно поразмяться – вся эта автострада.
Вики с сочувствием покудахтала.
– Конечно, я сообщу вам, как только кто-нибудь из них проснется, – заверила она.
Когда мы оказались по другую сторону тиковой двери, Чип остановился и спросил:
– Что вы думаете о том, как здесь нами занимаются.
– Занимаются в каком смысле?
Он направился дальше.
– Занимаются в медицинском смысле – вот эта теперешняя госпитализация. Насколько я могу судить, никакого настоящего обследования не проводится. Никто не обследует Кэсси физически. Я не говорю, что это меня не устраивает. Слава Богу, ей не приходится переносить эти проклятые уколы. Но я начинаю подозревать, что все это напоминает безвредную пилюлю для успокоения больного и делается для отвода глаз. Воздержимся от каких-либо мер, пошлем за психологом – я не имею ничего против вас лично – и дадим тому, что происходит с Кэсси, закончиться своим путем.
– Вы находите это оскорбительным?
– Не оскорбительным – хотя... возможно, немножко. Как будто мы все это выдумываем. Поверьте мне, это не так. Вы, все вы, работающие здесь, не видели того, что пришлось видеть нам, – кровь, припадки.
– Вы все это видели?
– Не все. Синди встает по ночам. Я сплю довольно крепко. Но я видел достаточно. Когда появляется кровь, что-либо доказывать бесполезно. Так почему сейчас ничего больше не делают?
– Я не могу говорить за других. Но я могу предположить только одно: никто не знает по-настоящему, что нужно делать, поэтому они и не хотят бесполезного вмешательства.
– Пожалуй, я соглашусь с вами, – проговорил Чип. – Да, возможно, именно это и есть правильный путь. Доктор Ивз кажется достаточно компетентной. Может быть, у Кэсси симптомы – как это называется – недоразвитой болезни?
– Абортивные формы болезни – симптомы исчезают, не достигнув полного развития.
– Абортивные. – Он улыбнулся. – Медики придумывают больше эвфемизмов, чем кто-либо другой... Молю Бога, чтобы симптомы действительно исчезали, не развившись. С превеликим удовольствием оставил бы неразгаданной эту медицинскую тайну при условии, что Кэсси наконец станет здоровой. Но теперь уже с трудом в это веришь.
– Чип, – сказал я. – Меня вызвали не потому, что кто-то считает, что болезнь Кэсси психосоматического характера. Моя работа сводится к тому, чтобы помочь ей справиться с беспокойствами и болью. Я хочу нанести вам визит на дом, чтобы укрепить взаимопонимание с девочкой, – только в этом случае я смогу оказаться полезным, если вдруг потребуюсь.
