Die Kante und das Kind полностью

Нормализовав дыхание и работу мыслей, она принялась анализировать. Встреча с живым человеком могла пойти ей на пользу, но понимание того, что прямо во время, или после встречи, её начнёт выворачивать или трясти, или всё вместе… удручало. В то же время, он был, пожалуй, единственным человеком, в присутствии которого, она не боялась улыбаться и быть человечной хотя бы внешне…

…Вместе с тошнотой, к горлу подкатило послевкусие воспоминаний.

Она вспомнила свою мать и её желание постоянно быть рядом с дочерью. Гиперопеку, она обрывала моментально и Алину это раздражало. Девочка это замечала, но никак не комментировала. Алина была одной из тех людей, к которым применима поговорка: «Я ей слово, она мне десять».

Отмахиваясь от мыслей о матери, она снова вспомнила о нём… и зашла в Telegram.

– Привет, мы можем встретиться? – отображалось в диалоге.

Она поджала губы и неторопливо начала набирать ответ:

– Привет. Тебе повезло что я сейчас в состоянии приходить на встречи…

Девушка усмехнулась про себя… ведь это была чистейшая неправда.

– Что ж, отлично. Где?

Она сначала не поняла вопрос, но только поднеся пальцы к экрану, увидела следующее сообщение.

– Место не имеет значение, если что.

Она напряглась, не понимая, что её насторожило в этом сообщении, и почему странный страх, полминуты считал её рёбра…

Придя в себя, она быстро написала, трижды исправляя ошибки в словах:

– Давай у тебя, если можно.

…Она хлопнула себя по лбу. «Сказано же, что место не важно!..».

Она выругалась про себя, но увидев ответ, успокоилась.

– OK, тогда давай во… во сколько?

– Завтра в шесть вечера. – быстро написала она.

– OK. Надеюсь я тебя не оторвал от дел.

«Вообще-то да, но я конечно же тебе об этом не скажу… но возможно, следовало бы… а потом я бы отрубила тебе голову, уёбок…».

– Нет, всё нормально. До завтра.

– До завтра :*

Она закрыла мессенджер и раздражённо фыркнула. Она ненавидела себя за мягкотелость… хотя, работала над этим даже усерднее, чем над предметами для диплома.

Девушка встала из-за стола и плюхнулась на кровать. Мягкость и свежесть постельного белья, тут же вернули её к жизни.

«Может вздремнуть?..» – напрашивалась мысль.

Она взглянула на часы. Уже как три минуты, пять вечера.

«Если я посплю пять часов, то проснусь в десять и не собью режим, да и доделать мне нужно только социо-экономику… которой, конечно нет. Значит, спать нужно в любом случае… Сейчас. Прямо сейчас.».

Сдержанно улыбнувшись, она быстро сняла с себя одежду и заползла под одеяло. Почувствовав, как постельное бельё соприкасается с кожей, девочка выдохнула и легла на спину… Уснула она, уже через пару минут.

8

Она чувствовала себя опустевшей тучей.

Кофеиновая поставка неслась по организму уже третьей кружкой, но девочка по-прежнему чувствовала себя сонной. Даже не смотря на уже как восемь часов бодрствования и обильное питание… Последнее удивляло больше всего.

Сейчас, она была чем-то средним между подтянутой и худощавой. Во времена подросткового хаоса, через который проходит каждый ребёнок, она отличалась от практически всех ровесников тем, что восхищалась своим телом. Несмотря на прогрессирующее акне, которое преследовало её ещё с шести лет, не обращая также внимания на сухие с виду волосы. Она никогда не переживала из-за внешнего вида. Акне она поборола спустя несколько месяцев приёма препаратов, выписанных ей дерматологом, а вопрос с волосами был вовсе проигнорирован и спустя время, они сами, начали приобретать более живой вид…

…но вот проблемы ментального характера были для неё настоящей напастью. Она панически боялась психиатров или психотерапевтов и лишь однажды, после уговоров Алины, собралась с силами и перешагнула порог Ольсбергской психиатрической клиники. Пожалуй, единственным плюсом стационарного лечения, было то, что девочка лишилась страха перед врачами и даже ненадолго расстроилась, когда услышала от персонального врача, новость о скорой выписке…

Вроде как.