Ну уж нет, просто так не возьмешь! Я сцепила зубы, прогоняя дурноту. Аптечка-то под рукой, а в аптечке – обезбол! Мешком осев на землю, я как могла сноровисто достала заветную коробочку и вогнала себе содержимое хранящегося там шприц-тюбика. Пригодился-таки, зар-раза! Сейчас, сейчас, пара минут – и в глазах посветлеет, и я смогу достать пистолет, чтобы не встречать убийцу совсем уж безоружной…
Когда я пришла в себя, надо мной стоял Котяра.
– Помощь нужна? – риторически вопросил он.
– Бинт… в рюкзаке… Где наемник?
– Кончился. Один был. Зомби в «экзе». – Котяра нашел в моем рюкзаке бинт, попутно вытащил баночку с тетрациклином и, одобрительно хмыкнув, вручил мне. Осмотрел рану и хмыкнул еще раз: – По касательной задело. Шрам, конечно, будет, но это мелочи, правда?
– Угу.
Я готова была взвыть от злости. Способность соображать потихоньку возвращалась, и первое, что я осознала, – по Зоне с таким ранением не погуляешь. А значит, в Рыжий лес дорога закрыта. Зомби, блин! Одного зомби на тебя хватило, великая ты походница!
Котяра задумчиво посмотрел на пропитывающийся кровью свеженаложенный бинт и полез в свой рюкзак. Жестом фокусника достал контейнер для переноски артефактов, аккуратно вытряс из него на ладонь нечто, больше всего напоминающее комок прозрачной слизи, и протянул мне:
– «Слизевик». Кровотечение остановит. А вот рану надо зашивать.
Я покосилась на рюкзак, в котором лежал хирургический набор, но сказать ничего не успела – Котяра покачал головой:
– Даже не думай. И сам не возьмусь, и тебе не дам. Ты крови много потеряла, отлежаться надо, а не по Мертвячьему городу бродить.
Я вскинулась, готовясь резко ответить, что не его это дело… но руку снова прострелила боль. Чертов зомби! Надо же было так подставиться! Однако сталкер прав, как ни крути. Даже если я сейчас в горячке смогу сама себе рану обработать, то через день-два она все равно может загноиться, и это будет намного, намного хуже.
Котяра сноровисто примотал артефакт к ране и сочувственно улыбнулся.
– Лучше потерять несколько дней, чем сгинуть из-за спешки. У «Анархии» медик хороший, заштопает в лучшем виде. Пойдем туда вместе, у меня тоже на Барьере дела есть.
Кровотечение из раны действительно прекратилось, и даже, кажется, рука стала болеть гораздо меньше. Я с тоской посмотрела на север, где за полосой одичавших пригородных садов отчетливо проглядывали рыжие деревья бывшего заповедника, они же – Рыжий лес. Что ж, отдохну немного у «Анархии» за крепкими складскими стенами, послушаю, какие слухи курсируют нынче в баре… может, что-нибудь полезное узнаю. Я благоразумно удержалась от того, чтобы досадливо стукнуть здоровой рукой по земле. Боль, притупленная лекарством, все же остерегала от резких движений.
Неслышно подошли Филин и Вээсэс, заставив меня вздрогнуть, и настроение из невеселого стало откровенно мрачным. Что они тут делают? Тоже ищут темных? Если так – то наверняка не для того, чтобы дружески пожать руки. Или у «Прогресса» здесь иные заботы? И связаны ли они с «каменщиками»? Я покосилась на Котяру. Оснований не доверять конкретно ему (в отличие от мутной группировки) я по-прежнему не видела, но это не значило ровным счетом ничего.
Так. Мало мне было руки – теперь еще и голова кружиться начала. Не иначе как от обилия вопросов, на которые ответов у меня не было. Ну или от обезбола… Я поймала взгляд Котяры и жестами показала, что пойду вперед. Догонит. Мне нужно было хотя бы десять минут побыть одной, собраться с мыслями, которые собираться не хотели никак – наверное, из-за разливающейся по телу слабости.
Пришлось, отгородившись от города и двух сталкеров холмом, встать, отдышаться и аккуратно тряхнуть головой – Дикая я или где? А ну не расслабляться!
Помогло. По крайней мере, теперь я вновь могла сосредоточиться на дороге, не отвлекаясь поминутно на боль в руке и навязчивые мысли в голове, и зашагала гораздо бодрее.
– Ошалела?! – раздался сзади голос Котяры. – Куда одна пошла? До первой собаки?
Я сообразила, что, кажется, совершила глупость. Но мысли в голове по-прежнему ворочались лениво, неохотно, и я решила перевести тему.
– Ты как?
Котяра хмыкнул.
– Как видишь. Отметила меня Зона и отпустила. Вроде как, знаешь… на заметку взяла, – добавил словно бы про себя.
Да уж. Тот же Грек после Выброса в себя приходил гораздо дольше. Он в живых-то остался только благодаря темным, в этом я теперь уверена. Так что Котяра, похоже, действительно отделался очень легко.
– Что в Зоне нового слышно?
– Да все по-старому. – Он шагнул было в сторону подозрительно шуршащего куста, но там оказался всего лишь одинокий кенг, и Котяра опустил ствол. – Лисяру недавно в «Маме Анархии» видели, похоже, где-то неподалеку обосновался нынче.
– Это кто? – имя прозвучало так, словно персонаж знаком минимум половине населения Зоны.
– Владелец Черного рынка. Едва ли не один из первых торговцев в Зоне, – ответил Котяра, ничуть не удивившись моему незнанию. – Тип мутный, поговаривают, что из местных… ну, из тех, кто жил здесь до катастрофы и здесь же остался после.
– Самосел?
– Вроде того.
