Дикари. Дети хаоса полностью

— Как бы то ни было, думаю, здесь случится одно из двух. Либо та тварь прикончит нас одного за другим, как уже прикончила остальных. А значит, мы все равно умрем, тогда какая на хрен разница? Либо мы найдем способ остановить ее и убить прежде, чем она убьет нас. И тогда остров — наш. Точнее, мой. Джино кранты, мы оба знаем это. Ночью, когда ты решила вздремнуть, я не спал и наблюдал за ним. Ага. Дни этого всезнающего крутого парня сочтены. У него жар, а значит, он подцепил инфекцию, а значит, она, скорее всего, прикончит его. А эта, — он усмехнулся, жестом указывая на Харпер. — Она же гребаный овощ. Овощ с классными сиськами, горячей попкой и сладкой «киской» — тут никаких вопросов. И все же она гребаный овощ. Она даже не ест и не пьет, пока не заставишь. Эта тупая дырка подохнет через считаные дни, поэтому почему бы ей не попользоваться? Дома она смеялась бы надо мной и смотрела бы на меня как на низшее существо. Поэтому хрен на нее. В прямом смысле слова. Так что, похоже, остаемся только ты и я, Куинн. А еще этот остров. И всё. На всю нашу оставшуюся жизнь.

— Ты сошел с ума.

— Да, возможно. Как и мы все. Не удивительно, если учесть, через что мы прошли, верно? Не совсем уверен, что это имеет какое-то значение. Неважно, сколько мне еще осталось, минуты, часы, дни, недели, месяцы или годы, я больше не буду посмешищем, слабаком, человеком, которого никто не воспринимает всерьез. Остров принадлежит мне. И эта идиотка тоже, неважно, сколько она продержится. Скоро и ты станешь моей, потому что, кроме нас, никого не останется. — Херм улыбнулся и поправил парик. — Так что возвращайся и поиграй в медсестру с Джино, а я пока закончу играть с этой шлюшкой. А потом мы решим, что делать дальше.

Куинн отрицательно помотала головой.

— В любом случае, с каких это пор ты стала о ней заботиться? Эта засранка стоила Далласу жизни, а ты…

— Не произноси его имя, — огрызнулась Куинн. — Ты не заслуживаешь того, чтобы его произносить.

— Ты права. Он был лучшим из нас, разве нет? И посмотри, к чему это его привело. Это — новый мир, Куинн. Твой и мой. Мы либо заберем его себе, либо попытаемся забрать и умрем. Вот и все.

— Проваливай отсюда. Возвращайся и…

— Не могу. — Почесывая бороду, Херм посмотрел на Харпер. — Хочу сделать еще кое-что со своей новой подружкой.

— Я не шучу, Херм. — Куинн подняла топор, показывая, что вооружена. — Уходи. Немедленно.

— Уже ничто не имеет значения. И мы в том числе. Понимаешь?

— Ты больше не тронешь ее.

Он таращился на Куинн, казалось, целую вечность, а вокруг них клубился призрачный туман.

— Я всегда любил и уважал тебя, Куинн. Черт, если честно, я уже не помню, сколько раз за все эти годы я дрочил, думая о тебе. Раньше я чувствовал себя виноватым из-за этого. В какой-то степени. А теперь уже нет. Поэтому больше не говори мне, что делать. Положение дел сейчас такое, что ты мне ни хрена не указ. Буду делать, что хочу.

Херм потянулся за мачете и выдернул его из ствола пальмы.

— Отвали, Куинн, пока мы не перешли черту, из-за которой не сможем вернуться.

— Мы уже ее перешли.

— И что, по-твоему, ты будешь делать? — Он шагнул ближе, держа в руке мачете. — Что, по-твоему, ты сможешь мне сделать? А?

— Вернись на дежурство. Я позабочусь о Харпер, и мы…

— Я никуда не пойду, пока не сделаю все, что хочу сделать, с этой дыркой.

— Я убью тебя, если придется.

Херм улыбнулся.

— А с чего ты взяла, что я не убью тебя, если придется?

— Проваливай отсюда.

— Почему бы тебе не заставить меня? — подняв мачете выше, он принялся кружить вокруг нее.

— Давай, бой-баба, покажи, на что ты способна.

— Мы нужны друг другу, Херм.

— Еще одна причина пойти тебе на хрен. — Он подошел еще ближе. — Больше нет правил.

— Я не позволю тебе делать это с ней.

— Тогда попробуй, останови меня.

— Ты и впрямь потерял голову.

С внезапной ужасающей злобой Херм взмахнул мачете.

Куинн успела отклониться назад, и лезвие прошло от нее в нескольких дюймах. Она споткнулась, но удержалась на ногах и встала в стойку, держа наготове топор.

— Ладно, — сказала Куинн, стиснув зубы. — Ладно. Давай.

Они принялись кружить вокруг друг друга в тумане.

Когда Херм снова бросился на нее, она отбила лезвие топором, вскинув его перед собой так, чтобы удар мачете пришелся по рукоятке. Но сам удар был такой силы, что ее отбросило назад и сбило с ног, а топор вылетел у нее из рук. Куинн ошеломленно упала на задницу. Топор, вращаясь, пролетел по воздуху и приземлился в нескольких футах от нее. Она бросилась к нему, но прежде, чем успела дотянуться, Херм атаковал ее, дико размахивая мачете.

Куинн откатилась в сторону, вскочила на ноги и увернулась от очередного удара мачете. Когда оно просвистело у лица, она резко развернулась и ударила Херма пяткой в колено.

Тот взвыл и отшатнулся, но удержался на ногах. Затем снова бросился на нее.

На этот раз Куинн была готова.