Дихотомия полностью

И третий бег, который так не похож на предыдущие два, но в то же время совмещает в себе их черты. Бег в борьбе за жизнь, иными словами — бегство. Чаще — вопреки чему-то, нежели навстречу. Мышцы не просто натянуты, а напряжены до предела, до той опасной черты, когда легко можно подвернуть стопу, вывихнуть лодыжку, а то и вовсе свернуть шею. Хрупкий человеческий организм не в силах поддерживать заданный темп долгое время, а потому человек проигрывает и в спорте, и во времени, продолжая хвататься в жалкой борьбе за ускользающую из сжатых пальцев жизнь. Порой требуется большая удача, чтобы добежать до финиша, но чаще всего и её не хватает, чтобы выйти если не победителем, так хотя бы не проигравшим.

Длань судьбы одинаково быстро настигает всякого, не делая поблажек сильным, слабым, богатым, нищим. Справедливость и заключается в том, что окружающий мир одинаково несправедлив ко всем.Особенно к тем, кто избрал для себя третий вид бега — бегство.

— Демиан, стой! — раздался крик позади.

Кажется, кричат уже давно… Если судить по хрипу в голосе…

— Свету слава, что ты, наконец, остановился, — выдохнул запыхавшийся Фрол, опираясь на колени. — Нас давно не преследуют. Дай отдышаться.

Выдохнуть не мешало и мне, но только после того, как мы будем как можно дальше от Командира. Страх гнал вперёд, пусть сил на это и не оставалось. Оглянувшись, я только сейчас заметил, как далеко от квартала Праздности мы оказались. И, признаться, ноги привели нас в не самое подходящее место. Перед нами во всей красоте и роскоши раскинулся Королевский квартал. От увиденного перехватило дыхание. Несмотря на то что наш город далеко не исполинских масштабов, и при хорошей погоде его можно было окинуть взором, взгромоздившись на холм за стеной, здесь я был всего несколько раз, да и то — в раннем детстве. За прошедшее время и квартал успел измениться, и я повзрослеть. Навещать его чаще не было ни стимула, ни возможности. Оно и не удивительно, ведь кто захочет увидеть Теневого мага там, где обосновались представители знати, зажиточные торговцы, высшие королевские чины? Квартал кишел законниками, охраняющими богатых от посягательства нищих. Один брошенный взгляд мог навлечь больше проблем, чем откровенное нарушение закона в беднейших кварталах.

И теперь мы оказались здесь. Два оборванца, от которых дурно несло потом и бедностью. К тому же в бегах. Хуже расклада не придумаешь.

— Повезло, что выбрались, — истеричный смешок вырвался сквозь сбившееся дыхание. — Я уж решил, придётся бросать тебя там! Не очень благородно, конечно, но что ещё оставалось, если ты ни в какую не хотел идти? Стоял на коленях, будто к месту приклеенный.

Фрол вздрогнул, вспоминая Командира, и в пример мне, огляделся.

— Ну и занесло нас…

Слова потонули в топоте тяжёлых сапог: навстречу уверенным шагом ступала Стража. А точнее, привилегированная её часть: те, что не покидали насиженных мест Королевского квартала. Иными словами, для них мы были сродни диковинкам.

Под ложечкой засосало. Сердце ухнуло в пятки.

— Демиан, у тебя остались запасы магии? — с надеждой в голосе прошептал Фрол.

— Не уверен. К тому же я сильно истощён. Может быть, чревато последствиями.

Фрол смолк. Он понимал, о каких последствиях шла речь. Нет ничего хуже для мага, чем лишиться магии. Такой сосуд трескается, как опустеет. Если представить, что тело — вместилище природной энергии, то магия заполняет необходимое пространство, и чем меньше её, тем больше пустых зон. И что представляет собой одна большая пустая зона?

Ничто.

Стенки пространства крошатся, как иссушенная глина, расходясь трещинами, пока не лопаются под внешним давлением. Продолжая аналогию — тело, будто глиняный сосуд, в котором заключена энергия окружающего мира, такие как Свет, Воздух, Туман, Тень… И стоит ей иссякнуть, как последствия не заставят себя ждать. Их диапазон куда шире симптомов Серой Хвори: от безумного забытья и спазма конечностей до внезапной остановки сердца. А самое ужасное, что никогда не знаешь, когда энергии станет слишком мало. Собственная усталость едва ли поддаётся количественному подсчёту, а потому, перебрав с героизмом, можно из героя превратиться в глупца, который в самый ответственный момент валится у ног неприятеля, не рассчитав силы на последнюю, сокрушительную атаку.

— О чём вы там шепчетесь, ребята? Повторите громче, нам тоже интересно!

Ухмылка воинов заставила Фрола вздрогнуть. Покосившись на меня краем глаза, тот сделал шаг назад. Я не сдвинулся с места, выказывая решимость паралитика.

— Храбрый? Это хорошо. Значит, ты и ответишь, что вы здесь забыли в такое позднее время.