Если бы Николя не взглянул в этот момент вниз – всё было бы кончено в считанные мгновения, ибо не защититься от этих щупалец, ни хоть каким-то образом от них уклониться не было у молодого фермера ни малейшей даже возможности. Но он всё-таки сделал такую попытку… и, как результат, потеряв всяческое равновесие, полетел вниз, больно пересчитывая собственными рёбрами почти каждую встречную ветку.
Впрочем, в защиту этих веток нужно отметить, что они, хоть и столь болезненным способом, смогли уберечь Сарджена от более серьёзных травм, значительно замедлив стремительное его падение, посему удар о землю был, хоть и довольно чувствительным, но не опасным для жизни. Более того, благодаря этим самым веткам, Сарджену посчастливилось грохнуться не рядом с лесным монстром, а прямо на противоположной от него стороне дерева, и, не успели ещё самые последние из щупалец втянуться в тело животного, готовясь к новой атаке, как Николя, вскочив на ноги, тотчас же бросился наутёк.
Он бежал что есть силы, хоть ноги парня дрожали и подкашивались, то ли от страха, то ли от ушибов, полученных при падении, а, скорее всего, и от того, и от другого. Кроме того, больно было дышать… но всё это казалось мелочью в сравнении с тем неприятным обстоятельством, что лесная тварь теперь гналась за ним, с треском продираясь сквозь густые древесные заросли. И, не только гналась, но и настигала… странно было даже представить, что массивное туловище животного на таких маленьких и кривых конечностях может развить подобную скорость. Впрочем, возможно, конечности лесной твари тоже видоизменились на время погони, кто знает…
А потом силы окончательно покинули Николя. И, понимая уже, что всё кончено и что ему не убежать, Сарджен остановился и, ухватив обеими руками так кстати подвернувшийся толстый суковатый кий, обернулся в сторону преследователя. Дышалось тяжело, со свистом, и сердце едва не выскакивало из груди, но, что удивительно, исчезли растерянность и страх, так, словно и не было их вовсе. Осталось одно лишь отчаяние, точнее, какая-то отчаянное решительность, как можно дороже продать свою жизнь, если уж так получилось…
Но хищник, уже почти настигнувший свою жертву, тоже почему-то остановился. Он втянул в себя большую часть многочисленных своих конечностей, оставив лишь несколько самых кривых и коротких. Зато зловещие пасти остались, кажется, все до единой…
Потом, двигаясь по кругу, кошмарная тварь принялась обходить Николя сбоку, так, словно пытаясь напасть на него сзади, тем более, что находились они оба сейчас на почти идеально круглой лесной полянке.
Впрочем, это было напрасным занятием со стороны твари, ибо Сарджен внимательно наблюдал за каждым перемещением своего врага и успевал повернуться так, чтобы всегда оставаться к нему лицом. Это их взаимное маневрирование продолжалось довольно долго… за это время Николя успел совершить с десяток полных поворотов вокруг своей оси, и даже более десятка…
А животное всё не нападало и не нападало. Опасалось оно его, что ли?
И Николя решил это проверить?
– Ну, что?! – всё ещё тяжело дыша, выкрикнул он, размахивая над головой импровизированной своей дубинкой. – Это всё, на что ты способна, тварь?!
В этот момент животное внезапно остановилось, словно прислушиваясь к его словам.
– Прочь! Прочь пошла!
Николя выкрикнул это просто так, ничуточки не надеясь на положительный результат своего грозного выкрика, но результат, как не странно, и в самом деле оказался положительным. Кошмарная тварь, словно и в самом деле послушавшись молодого фермера, немедленно подалась прочь. Ей даже разворачиваться для этого не пришлось.
Совсем недавно внешняя безобидность лесного оборотня уже ввела в заблуждение Сарджена, но, кажется, на этот раз тварь и в самом деле утратила к юноше всяческий интерес. Она уходила всё дальше и дальше… и Николя, облегчённо вздохнув, решил как можно скорее убраться из опасного этого леса.
Но, осмотревшись вокруг, понял внезапно, что сделать это будет совсем не просто.
Вокруг него, как раз по всему тому маршруту, где чуть ранее двигалась по кругу лесная тварь, вырастали прямо из-под земли многочисленные белёсые побеги. И даже, скорее, не побеги, а самые настоящие щупальца. Они росли быстро, даже слишком быстро… ещё несколько мгновений – и густая «изгородь» из тих щупалец поднялась уже значительно выше самого Сарджена. А щупальца всё увеличивались и увеличивались в размерах… и извивались, наклоняясь к центру полянки. Точнее, к тому месту, где и находился в данный момент сам Николя. Чувствовали они его, что ли…
А потом Сарджен с ужасом заметил, что каждое из щупалец оканчивается небольшим ротовым отверстием с превеликим множеством тонких и острых как иголки зубов.
Спасения не было и, осознав это, Николя смирился с неизбежным. Выпустив из ослабевших рук дубинку, он зажмурился и принялся ожидать смерти, моля о том лишь, чтобы она, смерть эта, оказалась не слишком мучительной.
