Может то, что шла она теперь, высоко подняв голову? Или отсутствие хоть каких-либо признаков страха и угнетённости на её враз помолодевшем лице?
В руках жены фермера Рыка (бывшей жены фермера Рыка?) была целая охапка самой разнообразной мужской одежды… и она вывалила всю эту одежду прямо у ног перепуганных арфисток.
– Хватит вам кутаться в свои лохмотья! – сейчас же приказала Ирума, подходя к женщинам. – Одевайте пока вот это! Немного великоватым оно для вас будет… ну да ничего, сойдёт на первое время!
Обрадованные тем, что вновь появился кто-то, кто будет отдавать им приказания и кому можно вновь беспрекословно повиноваться, арфистки начали быстренько разбирать мужскую одежду. А Свенсон вновь подошёл к Ируме.
– Не знаю, возможно, у тебя и были веские причины дл всеобщего этого убийства… – произнёс он сухо. – Но раздевать убитых… это уже…
Не поворачивая даже головы, Ирума бросила на Свенсона мимолётный взгляд. Спокойный и немного насмешливый.
– Успокойся, я их не убивала!
– Не убивала? – Свенсон с некоторой даже оторопью перевёл взгляда на одевающихся женщин. – Ты хочешь сказать, что это они… по твоему приказу…
– И они ничего такого не делали!
Ирума наконец-таки повернулась к Свенсону. Некоторое время молча на него смотрела.
– Я заперла этих самцов в подвале. Там много вина, так что они быстро утешаться… – Тут она помолчала немного и добавила, всё с той же насмешкой в голосе: – Ну, а против того, что я заставила их немножечко раздеться, ты, надеюсь, не будешь возражать?
– Не буду, – сказал Свенсон, ощущая себя полным и законченным идиотом. – Тем более, что они сами эти хитоны в полную негодность привели…
Потом блуждающий взгляд бывшего космодесантника неожиданно наткнулся на кровавое пятно на полу.
Ирума, разумеется, перехватила этот его взгляд.
– Ты прав, одного из них мне пришлось всё же прикончить, – поспешно и с какой-то даже досадой в голосе проговорила она. – Во-первых, он принялся палить в меня из своего маломощного плазмера, во-вторых…
– Во-вторых, ты хотела показать всем остальным, что шутить с ними не намерена? – закончил за неё Свенсон.
– А что мне оставалось делать? – Ирума безразлично пожала плечами. – Надеюсь, против одного убитого у тебя нет возражений?
– Абсолютно никаких! – улыбнулся Свенсон. – Особенно против этого!
– Вот видишь! – Ирума вдруг весело рассмеялась. – Тем более, что раздевать этого недомерка мы не стали, хоть именно его одежда идеально подошла бы любой из этих несчастных женщин!
– Они и в самом деле были несчастными, – согласился Свенсон. – А теперь ты хочешь сделать их счастливыми?
– Возможно.
Потеряв всяческий интерес к разговору, Ирума вновь повернулась в сторону арфисток, которые успели уже переодеться в излишне просторную для них мужскую одежду и, конечно же, должны были выглядеть в этой одежде чуточку смешными…
Вот только смешно Свенсону не было. Скорее, страшно. Ибо он понимал, что сейчас перед ним находятся десять новых «диких кошек». Потенциальных, правда… и покамест сами женщины об этом даже не догадываются…
А впрочем, никогда не стать им настоящими «дикими кошками», ибо для этого необходимо родиться на Барсуме и от барсумки. И с самых же первых дней своей жизни начать овладевать будущими сверхспособностями. А эти десять, конечно же, тоже приобретут определённые боевые навыки и даже смогут стать почти мастерами в деле уничтожения себе подобных, но до настоящих «диких кошек» им всё равно будет очень и очень далёко.
Десять плюс Ева…
И, кстати, где же она?
Кажется, Ирума тоже подумала именно об этом.
– Ева! – позвала она ласково и, одновременно, повелительно. – Ты где, девочка?
– Я уже иду, принцесса!
Ева появилась в зале не одна. Она поддерживала под руку Адама, правда, завидев Ируму, как-то невольно от него отстранилась.
– Ты что, Ева? – спросил Адам встревожено. Тут он увидел Ируму и сразу же принял боксёрскую стойку. – Не приближайся, предупреждаю!
Предупреждение было излишним, ибо Ирума и не думала к нему приближаться. Пока, во всяком случае. Правда, она с каким-то даже повышенным интересом смотрела сейчас на молодого фермера, но это был, скорее, праздный интерес ребёнка, увидевшего внезапно перед собой незнакомую букашку.
– В подвал! – проговорила вдруг Ирума холодным, не терпящим возражения тоном. – К остальным! Хотя нет, пусть сначала снимет одежду. Верхнюю…
– Что? – не сразу дошло до Адама. Потом всё же дошло, и он даже покраснел, то ли от возмущения, то ли от стыда. – Одежду тебе?! Обойдёшься!
Не вступая с молодым фермером в полемику, Ирума просто сделала шаг вперёд. У Свенсона как-то сразу тревожно забилось сердце, но встревать он не решился. Просто отвернулся… и в это самое время бывшая жена Рыка, сама того не ведая, выручила бедолагу Адама.
– Там ещё много одежды осталось, – сказала она.
– Ну, что ж, тогда… – Ирума замолчала на мгновение, окинула быстрым взглядом испуганную Еву. – Иди, переодевайся, девочка! А ты… – последние слова предназначались, естественно, Адаму, – марш в подвал! Дорогу знаешь или тебя проводить?
