На пледе цветов клана — сэр Роберт выложил винтовку, магазины, приспособления для чистки, небольшую подзорную трубу с делениями. Неспешно снарядил патронами магазин… он любил стрельбу, хотя на Багамах ограничивался стрельбой по чайкам из дробовикам, да из автоматов по дельфинам — местное развлечение. Правда, ему привелось участвовать в голубином турнире в Гвадалахаре, наверное, самом сильном в мире по составу стрелков — и там он добрался до одной тридцать второй…
Йемен…
Он помнил те места, в которых вырос… болота, бесплодная земля, нищие деревни. Люди, ничем не занятые кроме разбоя и преступного промысла. Он отдавал себе отчет, что является тому причиной: ислам. Страшная религия, религия, тянущая в кровавое мракобесие, взывающее к самым темным сторонам человеческой души. Была какая-то злая ирония в том, что африканские племена, которым не надо было заготавливать мясо на зиму, чтобы не умереть от голода, и строить хижины, чтобы не умереть от холода, которые могли снимать по три урожая в год на заболачиваемых разливами рек землях, охотиться на дичь — остались дикарями, в то время как они, белые люди — создали цивилизацию. Настоящую цивилизацию, где всех есть права, где покой людей обеспечивают броненосцы и пулеметы. Не последнюю роль в отсталости местных играл ислам — но самое страшное происходило там, где ислам встречался с первобытными верованиями. Такими, как доисламские верования в Договорном Омане или африканские культы в южном Судане. Безумный фанатизм, совмещенный с нерассуждающим культом и звериной жестокостью — поистине дьявольская смесь, и не приведи Господь кому услышать вскипающий первобытный рев озверевшей толпы.
Готово…
Он набивал магазины не более чем по пять патронов, хотя емкость была десять. Британская Ли-Энфильд была лучшей пехотной винтовкой двадцатых — тридцатых годов, а британский патрон, с тяжелой пулей — лучшим среди всех аналогичных на средних и дальних дистанциях. Увы… приходила новая пора… зловещее слово «машингевер» было на устах и тут Британия безнадежно проигрывала. Похоже объявили новый конкурс… и хорошо, если не перейдут на сниженный калибр как русские на свой шесть и пять[69].
Готово.
Для того чтобы задерживать пули, ушедшие «в молоко» — были насыпаны огромные песчаные валы. Говорили, что служащие стрельбища — ежегодно просеивая песок, сдают несколько тонн ценного цветного металла на переплавку — не бесплатно, конечно, приятный дополнительный заработок. Красный флаг — был поднят на небольшом, наполненном гелием шаре, означая, что можно стрелять.
О том, что он промахнулся — он понял, еще когда винтовка толкнулась в плечо: если есть достаточный опыт, сразу понимаешь, есть или мимо. Как всегда — появилось желание все бросить и как всегда — он подавил в себе это желание. Стрелковый спорт — удел терпеливых, иногда выстрела можно ждать не часами — сутками…
Второй выстрел — тоже мимо, но он понял, в чем ошибка. Внес правильную поправку и получил результат — восьмерка на десять часов. Снова подрегулировал прицел — и попал точно. Затем — обернулся, почувствовав присутствие человека…
— Ну-ка, ну-ка… И кто тут переводит патроны…
Эрл Свинни — был человеком легендарным. Звание этого человека было «The Company Quartermaster Sergeant (CQMS)», это примерно соответствовало ганнери-сержанту в морской пехоте США или оберфельдфебелю германской армии. Звание это — Свинни выслуживал не где-нибудь, а в Пешаварской стрелковой бригаде, на самом краю. Вернувшись в Великобританию — по настоятельной просьбе некоторых высших армейских чинов — он готовил специальные подразделения британской армии, в том числе недавно сформированный, но уже себя показавший 22SAS…
В адмиралтейскую подзорную трубу — Свинни глянул на результаты…
— Неплохо, неплохо. Давай-ка, попробуем вот с этим…
