Дорога по коридорам не заняла много времени, и вскоре я оказался около пафосного кабинета Долорес Амбридж. Возле которого с удивлением обнаружил сидящий в полном составе на трансфигурированном диване спасательный отряд. Судя по лицам, по уши чем-то довольный спасательный отряд.
Так как до двенадцати было еще минут пять, я не отказал себе в удовлетворении любопытства. Как оказалось, приглашение на встречу с Амбридж на сегодня получил не только я один. Правда парням время было назначено раньше меня, с одиннадцати часов, с интервалом десять минут друг за другом, поэтому они с замминистра уже пообщались. И были от этого общения в полном восторге.
Перебивая друг друга, парни спешили поделиться со мной своей радостью. Захария Смит получил плотно набитый галеонами кошелек. Уэйн Хопкинс — тоже. Энтони Гольдштейн — какую-то очень редкую и интересную книгу по магии. Один только Эрни о полученном молчал с загадочно-довольным видом. Судя по всему, награда касалась не столько Эрни, сколько в целом рода Макмилланов, который обрел какие-то совсем не детские преференции в чем-то очень для них важном.
Но самую эффектную, на мой взгляд, награду получил Джастин Финч-Флетчли. Это была министерская бумага, ни много ни мало признающая его полукровкой магической фамилии. Фамилия эта (не род) недавно вымерла полностью. Ни долгов, ни имущества после себя эти маги не оставили, так что никаких пресловутых "сундуков Основателей" (век бы их призраков не видеть!) Джастину не досталось. Зато отношение… Говоря языком аналогий, из унтерменша Джасти мгновенно превратился в айнгедойче, фольксдойче третьей категории. Почти человеком стал, короче.
"…К вопросу об аналогиях. На мой взгляд, перевод немецкого слова "
В семантике русского языка приставка "недо-" имеет смысл "что-то не полное". Вроде: недобрал — это брал-брал, но чуть-чуть до нормы не смог добрать; недоплатил — платил-платил, и немного не хватило, и так далее. То есть недочеловек — это тоже человек, который "только чуть-чуть не".
На самом же деле изначально, в американском оригинале (в силу объективных причин нормальную расовую теорию немцы самостоятельно придумать не смогли), смысл был совсем другим. "Under-man", то есть не "недочеловек", а "подчеловек". Не животное даже, а нечто гораздо худшее. И если бы это всегда переводили бы именно так, многое сразу же становилось бы гораздо отчетливее…"
Как бы там ни было с семантикой, бьют всегда не по паспорту, а по морде. Это к тому, что в Министерстве, насколько я слышал от Малфоя, на полном серьезе рассматривается законопроект (одним из главных идеологов которого, кстати, является Амбридж), предлагающий признать магглов и магглорожденных
"Вплоть до людоедства? Хрен его знает… В этой стране я ничему не удивлюсь".
В результате угроза магглорожденным магам, таким, например, как Грейнджер и Финч-Флетчли, была совсем не иллюзорной. И ничего удивительного, что при таком Министерстве оба они, по канону, состояли в Ордене Феникса. Аристократизм потомственного английского posh'а аристократизмом, а своя рубашка ближе к телу. Ради нее и в боевое крыло леворадикальной революционно-террористической организации вступишь. Теперь же, благодаря подарку Амбридж, у которой у самой насчет происхождения рыльце было в пушку, Джастин от нападок по статусу крови в определенной мере был застрахован. И, что важнее для меня, стал свободен в выборе.
В общем, какой бы Амбридж ни была: для кого-то — мерзкой жабой, для кого-то — подлой сукой, для кого-то — лживой стервой, а для кого-то — и бессердечной убийцей, но в довесок ко всему этому жадной тварью она не оказалась. Впрочем, возможно — это результат ее административного опыта. Все же у излишне скупого хозяина слишком мало лояльных подчиненных, тем более, если шармом и лидерскими качествами он обделен. А гарантировать лояльность работников Амбридж могла чем угодно, но только не, кх-м… телом.
"Я продумал план спасения… Я провел подготовку. Я собрал команду! Я лично возглавил завершившуюся полным успехом операцию!!! И что за это мне обломилось? Да нихрена не обломилось! И парням — тоже. А мы же реально рисковали жизнью за нее, при этом больше всех — я…" — с определенной и с каждым днем все усиливающейся обидой, питаемой длительным молчанием спасенной, думал я всю эту неделю.
