В угаре обличения своих сотрудников в нерадивости Фадж не заметил, как переступил черту, отделяющую деловое от личного. Никому не нравится, когда с него "снимают стружку", в том числе и мадам Боунс. Но обвинение в желании сдаться на милость Волдеморта было уже откровенным перебором!
"Целовать ноги тому, кто вырезал всю твою семью? Плюнуть на их могилы? Самой стать конченой мразью, пытающей женщин и детей? Маньяком-убийцей, упивающейся кровью? Такой меня считает Фадж?" — и без того подыстощившийся запас терпения был мгновенно исчерпан до последней капли, и Амелия Боунс бросилась в атаку.
— Большего? — почти прошипела она. — Вы хотите большего? Может быть, вы хотите узнать, как предотвратить войну?
— Поведайте нам, дуракам, эту великую истину, мадам Боунс, — ерничая, ответил Фадж.
— Тогда слушайте! Начать следует с немедленного ареста всех подозрительных, причем не глядя на вынесенные ранее оправдательные вердикты суда. "Уважаемые" фамилии, такие как Яксли, Гойл, Крэбб, Дэвис и прочие, — все они должны быть в несудебном порядке допрошены под империусом. И в случае их или членов их семей причастности, возможно, убиты на месте. А еще неплохо было бы допросить вообще всех лордов Палаты!
Кривая улыбка исчезла с лица министра.
— …Объявить любого Упивающегося вне закона. Считать наличие метки достаточным доказательством для казни на месте. В связи с тем, что Азкабан превратился в проходной двор, — немедленно казнить всех меченых преступников, отбывающих там срок, вне зависимости от возраста, пола или оставшегося срока заключения… — Не обращая внимания на предостерегающее кхеканье Амбридж, Боунс с жаром продолжила: — Назначить награду за голову каждого Упивающегося. Назначить награду за сведения об Упивающихся, особенно об их повелителе. Назначить наказание за сокрытие сведений об Упивающихся. Каждый подзаборный бродяга-сквиб должен знать, что, чем иметь с Упивающимися или сочувствующими им какой-либо бизнес, безопаснее и денежнее как можно быстрее сдать их ближайшему сотруднику ДМП. А каждая конченая мразь из Лютного, торгующая поддельными темномагическими зельями из вырезанных в маггловских моргах частей тел, должна помнить, что за их художества Азкабан — это не авада, как за метку.
Присутствующие в зале тихо выдохнули. А глава ДМП продолжала излагать свою предельно жесткую программу выхода из кризиса.
— Одновременно с этим максимально лишить Упивающихся мобилизационной базы. Для этого сделать резкие послабления оборотням. Как минимум — официальное признание их существами. Введение моратория на выдачу лицензий Охотников. А еще лучше немедленное, без вынесения на обсуждение Палаты лордов, принятие манифеста от сорок седьмого года, похороненного тогда. Да! Того самого, скандального: "О людях, тварях и магглах". Кто не помнит или не слышал, согласно ему предлагалось признать оборотней — больными
По комнате пробежали недовольные шепотки.
— Работать с бедными слоями волшебников. Объявить о создании отрядов содействия Министерству и начать широчайший набор. Чтобы все те, кому нечем заняться или не на что купить себе плошку овсяной каши, стекались не под знамена Волдеморта, а наоборот — воевали против него. Или, по крайней мере, были под постоянным контролем. А как это назвать — "Добровольная дружина", "Егеря" или "Общество любителей мурлокомлей" — вопрос десятый.
Ропот усилился.
— Обеспечить жесткий контроль за финансами и абсолютный — над Гринготтсом. Установить лимит на снятие денежных средств со счетов. Заморозить или даже конфисковать сейфы у подозрительных. Объявить мораторий на снятие крупных сумм. Сделать обязательным письменное обоснование значительных денежных переводов, как исходящих, так и входящих…
— Немыслимо! — выкрикнул кто-то из задних рядов.
— Все темномагические, а также боевые артефакты выше третьего класса при изъятии из сейфа должны быть конфискованы на выходе из Гринготтса.
— Невозможно!
— …Закрыть каминную сеть. Развернуть антиаппарационный купол над всеми важными точками Магической Британии.
— А как нам работать?
— …Запретить действие наемных отрядов. Приравнять наем таковых к метке. Объявить о временном прекращении огня. Все старые родовые проблемы пусть решают в судебном порядке или разрешенной дуэлью, а не швыряя друг в друга бомбарды отрядом на отряд!
Боунс быстрым взглядом окинула возбужденных волшебников, после чего повернулась к Фаджу.
— А вот теперь скажите мне, Корнелиус, вы хоть что-то из этого рискнете сделать? А если и захотите, то сможете ли? Или, говоря по-простонародному, у вас "кишка тонка" принять сложные и неприятные решения, но которые позволят не допустить войны?
— Вон! Все вон! — заорал побагровевший Фадж.
* * *
