Джессика приехала на бал к Уэйкфилдам с матерью и Элизабет. Сегодня она надела свое любимое платье из белого атласа с широким поясом цвета лаванды и лифом, расшитым фиолетовыми и зелеными цветами. С ниткой жемчуга на шее и такими же серьгами, в белых туфельках и белых перчатках, она выглядела вполне уверенной в себе. Глядя на нее, никому бы и в голову не пришло, что внутри у нее трепещут бабочки, которые сталкиваются между собой и ломают крылышки. И так она чувствовала себя со вчерашнего дня, после того как Эйден поцеловал ее.
Это неприемлемо, нежелательно и, должно быть, недопустимо, но дрожь, которая охватила все тело и добралась до самого сердца в тот момент, когда его губы коснулись ее, ей не привиделась, это невозможно было отрицать. И это беспокоило. Сегодня граф Ситон будет здесь. Она обещала ему первый танец и намеревалась наконец-то решить, подходит ли он ей как кандидат в мужья. Вот на чем ей надо сосредоточиться, а не вспоминать о поцелуе Эйдена.
Ситон казался ей самым подходящим: хорош собой, вежлив и не зануда, как и она, разбирается в ботанике, то есть отвечает всем ее требованиям. Вот и нужно сосредоточить внимание исключительно на нем. Сегодня они будут танцевать, проведут много времени вместе, и к концу вечера станет ясно, намерен ли он за ней ухаживать. И если да, то она не собиралась его отвергать. Матушка не раз ей говорила, что перспективного поклонника нужно слегка подталкивать, чтобы подвести к предложению руки и сердца. До сих пор Джессика никого из троицы не поощряла, но пришло время решать: Ситон должен был скоро появиться.
Только вот со вчерашнего дня она пребывала в замешательстве. Почему бабочки у нее в животе не бьются и не трепещут при мысли о Ситоне? Это происходит, стоит вспомнить про поцелуй в парке. Впрочем, Эйден и не собирался ее целовать, это все вино виновато, вне всякого сомнения. Герцог казался милым и обходительным на пикнике, все было так романтично! Он просто слегка забылся, и в этом нет ничего удивительного. Он наверняка не хотел целовать ее, как и она этого не хотела. Ведь они друзья, всего лишь друзья!
Только если это правда, почему тогда ей так хотелось продлить их поцелуй? Почему хотелось не просто поцеловать его в ответ, но и погладить его сильное тело? От одной этой мысли щеки у нее запылали. Надо быть благодарной силе земного притяжения за то, что она опрокинулась на спину, иначе одному богу известно, что могло бы произойти, воплотись ее порочные мысли в жизнь.
Слава богу, они благополучно завершили пикник, и он проводил ее до дома. В особняк она едва ли не влетела, торопливо поднялась к себе в спальню и рухнула на постель. Ее первый поцелуй! Это должно было произойти с будущим мужем. Возможно ли, чтобы именно этого ей хотелось — чтобы герцог не был единственным?
О, ей было известно, что некоторые джентльмены позволяют себе вольности во время ухаживания — она слышала разные истории от своих старших подруг, — но тут получилось так, как получилось. Эйден не ухаживал за ней, да и зачем, если они едва терпели друг друга поначалу. Она старательно избегала не возвращаться к поцелую — и к тому, что ей хотелось бы продолжения.
Поцелуй ничего не изменил, сказала она себе, и уж конечно ничего не значил! Граф Ситон — вот с кем ей нужно целоваться, а совсем не с Эйденом!
Джессика приказала себе больше не думать о том поцелуе, а приободрить Ситона на ухаживания. Ей потребуется какое-то время, чтобы составить план, как добиться от него предложения руки и сердца. Потом ему наверняка потребуется время, чтобы переговорить с Джастином, подготовить брачный договор. Помолвка обычно длится несколько месяцев, так что к этому времени в следующем году она вполне может стать респектабельной замужней дамой, что ей всегда и хотелось, разве не так?
Тогда почему этим вечером она не чувствует себя счастливой? Что с ней не так?
Дворецкий Уэйкфилдов объявлял имя каждого гостя, входившего в бальный зал, а в это время Джессика высматривала в толпе Ситона, но так и не обнаружила. Что тут поделаешь!
— Герцог Торнбери! — донесся до нее громовой голос дворецкого.
Джессика резко повернулась. Никакой ошибки: в самом верху лестницы стоял Эйден и оглядывал толпу внизу. Он выглядел как мечта: высокий, стройный, темноволосый. В тот раз, когда они только познакомились, ее настолько поразила его манера поведения, что у нее не было возможности оценить его внешность, но сегодня… сегодня она смотрела на него во все глаза.
Он был одет в черный вечерний костюм с белоснежной манишкой, жилетом и галстуком. Лицо свежевыбрито, волосы идеально уложены с намеком на легкий беспорядок, что, без сомнения, было сделано специально для пущего эффекта. У нее разыгралось воображение, и она легко представила, что даже с такого расстояния видит его необычного цвета глаза. Что, интересно, его привело сюда? Казалось, его глаза кого-то отыскивали среди присутствующих. Кого, интересно?
