– Моей семье, но не переживай, они не кусаются. По крайней мере, не все. Элли! – Сандер с довольным видом помахал молодой девушке с гладкими, зачесанными назад распущенными волосами медового цвета, которые прекрасно сочетались с горчично-желтым платьем с декольте, достигавшим лодыжек. Она грациозно приблизилась к нам, и сердечная улыбка играла на ее тонких губах. Ее глаза, наполненные теплом и радостью, засияли, как только девушка увидела меня. Она была хрупкой и маленькой, но ее окружала поразительная аура. Словно горное озеро. Никто не знал, какая сила там скрывается.
– Нора, это моя сестра Элли. Элли, это Нора, – по тону Сандера я поняла, что он уже рассказывал ей обо мне. Вопрос только в том, что именно? И как много?
Щеки Элли покраснели и пошли пятнами, и я заметила, как она смущается при знакомстве, что было мило. Она нервно заламывала руки, словно не зная, что сказать.
– Я уже говорила твоему брату, что чувствую себя затянутой в корсет, – постаралась я немного разрядить обстановку. – Очень рада познакомиться.
– Я тоже очень рада, – ответила Элли с заметным облегчением, что я начала разговор.
– Вон там стоит Теодор, но он уже занят покорением мира, – пошутил Сандер и указал на высокого молодого человека с русыми, идеально подстриженными волосами и серьезным, практически отрешенным выражением лица. Со второго взгляда я заметила схожесть между ним и Сандером, та же прямая осанка, размеры и привлекательность, но все в Теодоре казалось немного скованным, словно он все время находился в напряженном состоянии.
– Где-то тут должны быть и мои родители, – Сандер осмотрелся в их поиске, и я снова заметила, как он красив. Доволен и спокоен.
– Все нормально, – поспешила сказать я. – Не нужно всем меня представлять.
– Тогда в другой раз, – ответил он, словно это было само собой разумеющимся, словно будет другой раз, и мое сердце упало чуть ниже. Вот это его жизнь. Тут мало места для меня, прежде всего потому, что я когда-нибудь – и очень скоро – вернусь домой.
В этот момент на фоне заиграла классическая музыка, похожая на вальс. Даже я распознала такт в три четверти.
Сандер призывно протянул руку – с такой уверенностью, что мне было сложно отказаться.
– Хочешь потанцевать?
– Я не умею, – тихо призналась я, досадуя на свой писклявый голос, словно мне было стыдно. – То есть не так, как это обычно делают.
– Не важно. Я тебе все объясню и буду вести. Ты не против, Элли?
Его сестра кивнула и с улыбкой помахала нам, а Сандер повел меня в зал, от вида которого перехватывало дыхание. Место, которого он касался, покалывало. Впереди была построена платформа, и на ней уже танцевало несколько людей, погрузившись в мягкие звуки музыки без времени, которая проникала в мою кровь.
Моим родителям бы это понравилось, подумала я немного тоскливо, когда Сандер повел меня на танцпол под любопытными взглядами. Снова то, что можно отметить галочкой в невидимом списке. И это прекрасно, но и печально.
Рядом с ним я чувствовала себя как в фильмах, где люди становятся знаменитостями. Многие обращали на нас внимание и следили за каждым его шагом, но Сандер не замечал этого. Он смотрел только на меня, словно только я имела значение. Сердце болезненно колотилось о ребра. Однако рядом с ним у меня появлялось ощущение, что я парю.
Когда мы вышли на танцпол и он прижал меня к себе, так что наше дыхание смешалось, необузданный жар его руки пронесся по кончикам моих пальцев. У меня закружилась голова, колени стали ватными. Он легко поднял руку, держа мою на уровне плеч, и положил другую на мою спину. Я машинально слегка оперлась на его плечо, и лукавые искорки в его глазах что-то зажгли внутри меня.
– Не нужно сжимать, – прошептал он, слегка наклонившись ко мне, слишком близко к моему уху. Все волоски на моем теле встали дыбом, и по телу пробежала приятная дрожь. Я хотела опустить взгляд на ноги, но Сандер быстро остановил мой подбородок пальцем и поднял его. Его глаза были подобны звездному морю.
– Позволь вести тебя. Не думай. Отключи голову.
– Позволить вести?
– Отдай контроль, – ответил он и подмигнул. Я понятия не имела, с каких пор подмигивание казалось мне таким сексуальным. Но даже это ему удавалось. – Знаю, это бывает сложно. Но просто доверься мне.
Всего три слова, предложение, но это был клей для моего все еще страдающего сердца: оно все еще корчилось, все еще лежало разбитое. Сандер дарил мне надежду, храбрость. Сначала мои движения были деревянными, как у Пиноккио, который учился бегать. Но прошло не так много времени, и я оттаяла. Позволила музыке вести себя, чувствовала ладони Сандера, подобные горячему железу. Каждый сантиметр, которого он касался, был объят пламенем. Кожа казалась раздраженной, как после особенно тщательного пилинга.
Но это не было неприятным чувством. Скорее я словно бы проснулась от долгого сна и видела только его. Только Сандера.
