Была причина, почему в походе я ни с кем не завязывала отношения. Последний подлец разбил мне сердце. Буквально.
Кроме того, я и так уже была взволнована, чувствительна к любому проявлению близости, даже к случайному прикосновению.
Прогулка по горам, во время которой нет отвлекающих факторов, лишь связь с природой, делала нас еще ранимее. Человечнее. Сближала нас. Открывала неприглядные стороны. И я могла лишь надеяться, что Сандер не был настолько чертовски очаровательным, каким он казался.
Я подумала.
– Ты хорошо следишь за своими овцами? – прежде, чем я успела ответить Аде, ко мне беззвучно подошел Грегори. В руках он держал серебристую кофейную кружку, а на голове у него была кепка, надетая задом наперед. В простых штанах для бега он казался свежеприпудренным ребенком. С радостным выражением лица Грегори смотрел на наш разношерстный коллектив, и это каждый раз вызывало у меня удивление.
На третий день группа постепенно становилась все сплоченнее. А поход все лучше. Лишь изредка кто-то проявлял непунктуальность. Даже Вилма выходила из своей
– Еще не все, – я осмотрела площадку, на которой большинство туристов уже уложили багаж в автобус и наслаждались последними минутами перед новым этапом. – Еще не хватает Клаусенов.
Конечно, я это заметила, хотя и убеждала себя, что это не имеет значения. Так же как и тот факт, что он тоже старался избегать меня.
– Развод в конце второй недели? – Грегори наклонил голову и сделал глоток из термокружки. Несмотря на его устрашающий вид, тепло его улыбки всегда приносило немного солнечного света в любой день.
– Ага, или они переживают второй медовый месяц, – сухо прокомментировала я, а глаза Грегори вспыхнули от удовольствия.
– Ты взял все палатки? – спросила я.
– Кажется, я взял пять.
Заметив испуг на моем лице, Грегори толкнул меня локтем в ребра.
– Не паникуй. Я взял достаточно палаток и другого оборудования. Все мюсли, протеиновые и шоколадные батончики для перерывов пересчитаны. У меня еще имеется долго хранящийся цельнозерновой хлеб и достаточно консервов, из-за чего вам приходится таскать с собой дополнительную посуду для кемпинга и газовую плитку.
Как по команде вмешались мои протестующие переутомленные мышцы на спине.
– Не напоминай об этом, – простонала я.
– Как дела у Вилмы?
Я проследила за его взглядом. Вилма, надев наушники, стояла в двух метрах от своей семьи. Она смотрела куда угодно, только не на Римаса, который приехал сюда с матерью. Он был высоким и худым, с изящными руками, темно-синими глазами с длинными ресницами и примерно на два года старше нее.
На моих губах играла искренняя улыбка.
– Она храбрая. Я очень беспокоилась за Джули, но, к счастью, ее лодыжка оказалась не вывихнута. Она хорошо держится.
– Тогда мне не нужно везти Вилму на следующий привал? – Грегори вернулся к спору.
Я снова посмотрела в ее направлении, а Вилма уже угрюмо сжала губы в тонкую линию. Выражение ее лица было таким мрачным, что напоминало грозовую тучу. Кудрявые темно-каштановые волосы заплетены назад в простую косу.
– Надеюсь, что нет. Однако я думаю, что она будет продолжать идти, даже если ей придется использовать свои когти и зубы.
Развернувшись, я увидела Сандера, который выглядел таким же застигнутым врасплох, как и я. Под его взглядом мое сердце начало биться сильнее. Я снова почувствовала этот необъяснимый зуд, который появлялся, когда Сандер находился рядом. Словно я сделала слишком большой глоток из бутылки шампанского.
– Sorry, – пробормотал он сквозь сжатые зубы и провел привычным движением руки по слишком красивым темным волосам. – Я хотел спросить Грегори, можно ли забросить вещи, которые мне вчера не понадобились, в автобусное отделение для багажа.
– Ясно, – Грегори кивнул, улыбаясь. – И как тебе последний этап?
– Лучше, чем думал, – при этом Сандер старался не встречаться со мной взглядом. Словно я воздух, словно меня здесь нет. Мне хотелось щелкнуть пальцами перед его лицом, но это показалось глупо. Я ведь хотела держать расстояние и получила его.
– Какие моменты были самыми запоминающимися?
– Природа.
Грегори рассмеялся.
– Тебе не хватает кофе и сна?
– Кажется, так, – пробормотал Сандер и перенес вес с ноги на ногу, словно ни секунды не мог оставаться в моем присутствии. Напряжение в его широких плечах было ощутимым.
Я сжала кулаки, и ногти врезались в ладони.