С точки зрения движения за мир критерием успеха был просто сам факт окончания войны. И если ответ был отрицательным, то переговорная позиция Америки воспринималась как ошибочная. Движение за мир не осуждало Ханой ни за его позиции на переговорах, ни за метод ведения войны, что тем самым давало Ханою стимул заниматься саботажем. К 1972 году Соединенные Штаты в одностороннем порядке вывели 500 тысяч военнослужащих. Сайгон официально предложил провести свободные выборы, а Америка выведет все остающиеся войска в течение четырех месяцев с момента заключения соглашения. Нгуен Ван Тхиеу согласился подать в отставку за месяц до выборов. Соединенные Штаты предложили создать смешанную комиссию для наблюдения за выборами, все это обусловливалось прекращением огня под международным контролем и возвращением военнопленных. Но ни одна из этих мер не ослабила нападки на их мотивы и политический характер.
Прошли месяцы, дебаты внутри страны все больше сосредоточивались на поставленном Ханоем предварительном условии, что Соединенные Штаты определят в одностороннем порядке фиксированный срок вывода американских войск в качестве формулы окончания войны. Предложения по установлению фиксированных сроков вывода войск быстро превратились в стандартное содержание антивоенных резолюций конгресса (в 1971 году их было примерно 22 и в 1972 году — 35). То, что они носили необязательный характер, для их авторов лучше и быть не могло: отмежевание от администрации без какой-либо ответственности за последствия. Ничего, казалось, не было проще, чем окончить войну путем простого ухода с поля боя, — с той, однако, оговоркой, что во Вьетнаме все было не так просто, как казалось.
После встречи с участниками переговоров со стороны Северного Вьетнама и ФНО члены американского движения за мир непрестанно заявляли, что они «знают», что освобождение военнопленных и урегулирование других вопросов последует после того, как Соединенные Штаты примут на себя обязательство по конкретному, не подлежащему изменению сроку вывода войск. На самом деле Ханой никогда не давал подобного обещания, придерживаясь того же старого сценария с теми же самыми соблазнительными двусмысленностями, которые он использовал по поводу прекращения бомбардировок в 1968 году. Установление крайнего срока, как утверждал Ле Дык Тхо, создаст «благоприятные условия» для решения остальных проблем. Но когда дело дошло до конкретного обсуждения, то он настаивал на том, что этот крайний срок, будучи установлен, останется обязательным, независимо от того, что произойдет на других переговорах относительно прекращения огня или освобождения военнопленных. На деле Ханой обусловливал освобождение пленных и прекращение огня свержением сайгонского правительства. Как беспрестанно объяснял Ле Дык Тхо, словно вел семинар по политологии для начинающих, в первую очередь именно поэтому и велась война.
Самой большой иронией американских внутренних дебатов оказалось то, что Ханой на деле вовсе был не заинтересован в одностороннем выводе американских войск. Этот вопрос до сих пор трактуется ошибочно в большей части литературы о войне. Вплоть почти до самого конца Ханой никогда не отклонялся от своей стандартной формулы: неотменяемый срок вывода американских войск наряду с обязательством Америки свергнуть при уходе южновьетнамское правительство. Ему было принципиально не интересны нюансы различных вариантов графика вывода, которые благонамеренные члены конгресса готовы были бросить к его ногам, за исключением случаев, когда они способствовали расколу американского общества. Подсластить пилюлю, предложив более утешительный график, вовсе не означало смену позиции Северного Вьетнама. Исход конфликта, как это мыслилось Ханою, будет определять только сила. Он охотно проглатывал любые подслащенные пилюли, но это не влияло на его переговорную позицию. Критики войны полагали, что Ханой стал бы вести себя разумно, если бы Америка продемонстрировала ему готовность предпринять дополнительные усилия. Тут они глубоко ошибались. Все, что слышал Вашингтон от Ханоя, сводилось к повторяющемуся требованию о капитуляции: безоговорочный уход, за которым должно было последовать свержение тогдашней администрации в Южном Вьетнаме и ее замена ханойскими марионетками. Затем, когда у Америки на руках вообще не останется карт, пройдут переговоры относительно военнопленных, которых легко можно будет задержать у себя для того, чтобы выжать дополнительные уступки.
